Фрейлина ее высочества

Но и других запахов было предостаточно, а некоторые из них оказались настолько непривычными, что у меня закружилась голова.

«Ароматы» гниющих помоев смешивались с вонью человеческих испражнений и били прямиком в нос. Кажется, рядом была красильня, напротив – коптильня, все это источало непередаваемые запахи, но поверх них откуда-то неподалеку тянуло свежей выпечкой и цветочными ароматами из горшков на окнах соседних домов.

И тут же – запах конского навоза, в который мы с Аурикой едва не вляпались, покинув повозку Али Насера.

Именно так звали купца, который оказался несказанно добр, поэтому мы долго и сердечно благодарили его и двух его жен за помощь и заботу.

Они помогли нам не только преодолеть проверку на въезде в город, но еще и накормили нас с Аурикой лепешками с сыром и овощами, а Али на прощание дал мне мешочек с деньгами.

У меня уже был один, который вручил Эван Хардинг. К тому же в кошелек я припрятала оставшиеся кольца и медальон.

Но когда Али Насер протянул мне еще один мешочек, отказываться я не стала.

И вовсе не потому, что жадная до денег.

Просто у меня ребенок, сказала я самой себе. Нас ищут с собаками и магами, так что в любом случае деньги нам пригодятся.

Поблагодарив Али и пообещав, что Ллинды не забудут его доброты, мы с Аурикой проводили взглядами повозки, которые направлялись к одному из постоялых дворов.

Перед расставанием Али любезно предложил нам остаться вместе с ними, сказав, что после Берганота он планирует вернуться на родину, в Коринф.

На миг мне показалось это хорошей идеей – да-да, взять Аурику и покинуть ставшую для нее слишком опасной Нотумбрию. Но потом я подумала, что у девочки совсем другая судьба.

Ее место – на троне Нотумбрии, потому что она – последняя из истинной династии, и я не вправе принимать решения, влияющие на судьбы этого мира.

Единственный, кто это мог сделать, – Эван Хардинг, наказавший нам ждать его в Храме Арагоса.

Еще немного поколебавшись, я попрощалась с Али Насером, после чего отправилась выполнять приказ нашего спасителя.

Вернее, осталась стоять, держа лошадь под уздцы, пытаясь понять, куда двигаться дальше.

Нет, я не боялась быть узнанной в толпе. Берганот к этому времени давно уже проснулся, и горожане спешили по своим делам. Женщины шли на рынок или с него, нагруженные корзинами с продуктами; зазывалы нахваливали свои заведения, приглашая на быстрый завтрак или пропустить по рюмочке-другой, чтобы поправить пошатнувшееся здоровье.