Нечисть изумрудных вод

— Сам от скуки вечность маялся, а как весело стало, так косточки зло стучать начали, — Бажена насмешливо увела взгляд в сторону. Кощей, рассердившись, оказался около Бажены в мгновение ока, и принялся препираться с девицей. Та с улыбкой отвечала на все выпады мужчины и тыкала ему в грудь пальцем.

— Ну, полно вам! — Усуда громко стукнула твёрдым концом своей метлы об землю. — Берест тут в паре деревьев. Коле надобно разойтись, такмо делайте это прямо сейчас! Да потом не жаловаться! Либо просите друг у друга прощения! Разворковались тут! — девица с молодцем мигом отпрянули друг от друга.

А кому первому-то прощение просить? Оба не решались принять неправоту, то бишь, поражение и стояли не то чтобы в нерешительности, но будто в оцепенении.

Усуда недовольно вздохнула, когда поняла, что никто уходить не засобирался. Руки в бока, казалось, рыжие волосы ведуньи от взбешённости вот-вот и вспыхнут огнём.

— По ступам! Кощей, в одну, Черновласка — в другую. Евгеша, к нему давай. Девиц к тебе, Кощей, нельзя подпускать.

Мало ли какая лягушка Заряну после этого полёта укусит? Заряна, ты к Бажене. Она ступою не умеет управлять. Животинку всю дома оставьте, — далее она вновь обращалась к спорщикам. — Я вам время даю ровно до того момента, как мы долетим до Чуденской ярмарки! Коле там не помиритесь, домой потопаете сами! — Евгеша, запрыгнув еле как в ступу, почесала белёсую макушку.

— А зачем нам в Чуден, Усуда? Рядом же Берест.

— Иссушено там всё Водяным. Еды нет, воды нет, одёжи нет. Кот наплакал у них товару, а у нас вона сколько ртов голодных.

Расплодились, прямо-таки... Далеко от меня не отлетать. Быть в пределах моей видимости. А иначе ворожба перестанет действовать и попадаете.

***

Начало великой дружбы порой начинается с вопросов и разговоров ей не свойственной.

—Ты странный. Бледный такой, — сказала Евгеша, помахивая длинным помелом в воздухе. Кощей хмуро на неё обернувшись, отодвинулся чуть подальше от девочки, что рассматривала его с не скрываемым любопытством. Мужчину это напрягало.

— А у тебя правда игла в утке запрятана? — Кощей зарылся лицом в крупные, очень благородного вида, ладони, какие бывают только у князей да бояр: белоснежные, как и весь Кощей, с длинными изящными, но от этого не менее мужественными пальцами, на коих блестели разноцветные перстни.

— Да, — кратко и сухо молвил Кощей. Евгеша призадумалась на несколько мгновений, а затем вновь спросила, подвигаясь поближе к угрюмому нечистивому.

— А как ты её...