Арканы Мерран I. Сбитый ритм

Скоро получеловеческое существо принесло еду: хлеб из грубой муки, мягкий сыр, сушеные плоды с запахом пыльных камней. Больше хотелось мяса, но просить не стала - всё равно местного наречия не знаю, а знаками не объяснить.

Несмотря на скудность, пища оказалась сытной. Стоило утолить голод, как усталость взяла своё. Полудрёма закрыла веки, перепутала мысли, расслабила тело. Перед тем, как погрузиться в сон, я с грустью подумала, что месть снова откладывается. Но что сделаешь? Пересижу здесь, ногу подлечу, и домой.

За это время как раз посылка домарширует на место сбора…

Стоп! Ящером оно перебубнись! Чем стариканы расплачиваться-то будут?! Я ж так и не оставила указаний, куда казну перепрятала! То, что пропала со связи – ничего, не впервой, а вот с деньгами нехорошо получилось. Совсем нехорошо. Так что лечиться, срочно лечиться, и бежать обратно - восстанавливать династию.

И убивать.

***

Дни тянулись, словно кишечник из пленника, который твердо решил, что не выдаст тайн своего войска. Холод, сырость, темнота – вот три главных составляющих мира Мерран.

Затмение, так поразившее меня в первый день, длилось уже две декады: как пояснил Феррик, застилало солнце не луна, а соседняя планета.

- Великий Апри сейчас борется с Великой Тьмой Атума, - объяснял Феррик, косясь на золотой солнечный диск, что висел в каждой комнате в восточном углу, и хватаясь за такой же медальон на шее, - сие есть великое таинство, человеческому глазу недоступное и разумом непостижимое. Но только от нас, от молитв наших зависит, одумается ли Темный Атум, или же ринется в последний бой, и упадёт на Апри.

И прогневается великое светило, и сожжет нас, недостойных, яростными лучами своими…

- А если не сожжет, то обычно что?

- Что, что… выйдем из перигелия, планеты разойдутся, Открытие праздновать будем, - отвечал старик, мгновенно теряя религиозный пафос, - покрывало только помогите свернуть, умоляю. А то мне тяжело, а кадаргам в храм заходить недолжно…

Должно, не должно. Монастырь есть монастырь: всё по уставу.

Почти как в армии. Всё размеренно, всё предсказуемо. Солнцеслужения четыре раза в сутки – полдень, полночь, и рассвет с закатом. Тихо, спокойно, никто никого не убивает. Песни красивые. Одно плохо – Феррик при любом удобном случае рассказывал, как светило «отдает свою горящую плоть во тьму космоса, даруя тепло и свет нам, недостойным слугам его, и всепронизывающие лучи его испепеляют врагов его, а всесогревающий диск его оберегает и оплодотворяет мир его…».