Чудовище из болот

.. Это Шарль... Он не даст вам защиты, которую вы хотите.

– Это не совсем так. – сказала Клер, прислоняясь к его морде и обнимая за шею. – Этьен... Он...

Только сейчас до неё дошло, почему Этьен обращался к ней, как к равной, а иногда позволял себе вольность, называя её Клери. Он пытался дать понять, что они равны...

Чудовище все понял не так, он попытался отодвинуться, только Клер сильнее вцепилась в его шерсть.

– Клерррри, я тогда был неправ. Я тогда надеялся, что проклятье вот-вот будет снято... Я... Позволил себе гораздо больше, чем мог, чем имел права.

– Не вините себя во всем... – она осторожно погладила его по жесткой, колкой шерсти.

Он грустно рассмеялся:

– Я тогда бежал, как сумасшедший, через весь дворец в комнаты Этьена, бросив Совет и герцога Гийома... Мне о вашем внезапном визите доложил один из стражей вашей охраны. Из-за себялюбивой надежды о возможности снятия проклятья, я позволил себе больше, чем должен был... А потом я сутки выл в потолок, потому что оказался ничем не лучше принца Питера.

Она строго повторила:

– Не смейте себя сравнивать с этой тварью. Никогда. Ни за что.

– Я ублюдок, и это не исправить. Я веду себя, как ублюдок...

Клер почти силой заставила его повернуться:

– Это не так, Анри. Тогда во многом была моя вина.

– Вы сбежали, потому что я был настойчив, – напомнил он.

– Нет, я ушла, потому что боялась за Этьена. Я люблю… Я люблю его… Или вас…

Он удивленно привстал, заглядывая ей в глаза.

– Клерррри… Но почему тогда…?

Она пояснила:

– Я боялась, что Чудовище сделает с Этьеном. И вот это точно ваша вина. Ваша вина, как Чудовища. Кто мне сказал, что наказал Этьена? Я боялась, что Чудовище сделает с ним...

– Я...

Клер потрепала его за ухо:

– Не стоит винить себя во всех бедах. И стоит уже принять то, что вы не можете изменить, и жить с этим дальше. Вы бастард, но это не ваша вина.

Анри предпочел промолчать. Клер попыталась его отвлечь – она тихо рассмеялась, вспоминая:

– Значит, вы тогда бежали, да? А я решила, что у вас лихорадка... А вы...

– А я всего лишь пытался успеть везде, где можно. Я пытался показать всего себя – и Анри, и Шарля, и Этьена...

– Мы постараемся снять проклятье.

Он заскулил совсем как щенок, правда, быстро справился и сказал уже спокойнее:

– Мне уже кажется, что его уже не снять.