Чудовище из болот

– Че орешь, оглашенная! – буркнул мужик, рассматривая Клер утопающими под кустистыми бровями мелкими, подслеповатыми глазами. У Шарля глаза были такие же, он тоже плохо видел и постоянно щурился, но Шарль никогда не выглядел настолько отвратительно.

Лысый подошел ближе к Клер, вынужденной отступить и вжаться плечами в стену.

Глупо. До чего же глупо и нелепо. Девушки стремятся на такие балы, чтобы отдохнуть, чтобы развеяться, а их тут уже поджидают в засаде вот такие кумушки. А Вьена все не было.

– Ничего, пойдет… Хорошая… – Лысый рукой поймал Клер за подбородок и завертел в разные стороны, чтобы хорошенько разглядеть её в свете одинокого фонаря над дверью.

Больше света в этой подворотне не было.

– Не надо, пожалуйста. – начала было Клер, но её перебили:

– Умненькая! Знает, что надо умолять… Только дро́жи в голосе побольше! И… – Лысый жадно потянул руку к единственному украшению Клер – нитке жемчуга. Он дернул его на себя, не утруждая себя застежкой. Та сломалась, причиняя боль. Заговоренная магией нить выдержала – крупные жемчужины не посыпались на землю.

– Хороша! Ооочень хороша. Милира Бовари будет довольна – настоящая жемчужина в её коллекции красоток.

Услышав это, Клер больше не жалела, что активировала свой амулет.

Мужчина громко свистнул, и из темноты показались еще две фигуры – мелкие, несуразные, обезображенные марями и войной.

– Пожалуйста, остановитесь… – голос Клер не дрожал – она не боялась.

Парни дружно заржали, а девица хмыкнула:

– Дорогуша, не чванься, потом хуже будет.

И милире кланяйся, кланяйся, тогда быть может и пожалеет по первости… Лысый, у неё еще побрякушка есть – она её в кулаке зажала!

Лысый требовательно протянул руку. Клер тут же спрятала её за спиной – она не знала, будет ли действовать амулет, если его отобрать, и найдет ли её Вьен, если амулет будет не при ней.

– Я буду кричать! – предупредила Клер.

– Кричи! – разрешил тот. – Люблю горластых!

Он без замаха ударил Клер в живот, а потом выкрутил ей руку, забирая амулет.

И это была его ошибка. Земля в узком проулке разверзлась, хоть и королевского знака, предупреждающего об опасном перекрестке, и не было, и оттуда, сверкая в темноте желтыми, разъяренными сейчас глазами, стряхивая с себя отнюдь не землю, а клочья тьмы, вылетел Чудовище. Одним прыжком он оказался рядом с Клер, когтями почти напополам разрывая Лысого – кровь только и брызнула во все стороны. Оглушая, раздался дикий визг девицы – она упала на колени, сползая по двери.