Апостолы слепого пророка

Улыбаясь краешками губ, она подняла к плечу амфору, изящно наклонилась, и вино потекло в сосуд из белого нефрита. Неожиданно вино расплескалось на стол кровавой лужей. Винарий ущипнул ее за бедро. Иве до скрипа стиснул зубы.

— Всем хороша, но как волосата... — поцокал языком торговец.

— Зато синяков не видно, — прошипела Келено, потирая бедро.

Винарий перехватил ее за талию и стал вертеть, будто выбирал на рынке козу. Или рабыню. Пока он был занят этим, Иве запустил руку в волосы на затылке и легко вынул вплетенный в них гладким шнурком стеклянный сосуд.

Он влил в бокал торговца такое количество экстракта, что даже ненадолго задумался, не убьет ли это несчастного. В углу комнаты он приметил клепсидру — чаша была вырезана из прозрачного горного хрусталя. Иве не стал спрашивать, зачем Винарий меряет время в бане.

— Я ж все понимаю, — тянул торговец, — ты молодой, и такая нимфа перед глазами! Почтенный Финей для этого дела уже слишком почтенный. — Винарий огладил покрытое испариной лицо, явно довольный своим остроумием.

— Но о чем переживать, она мне всего на раз и нужна.

Иве предпочел бы дальше говорить о ерунде вроде урожая винограда в Аркадии, или послушать еще об амброзии и чудо-мазях, от которых морщины не только разглаживаются, но и, должно быть, начинают выпирать в обратную сторону, как горные хребты. Главное, чтобы Винарий продолжал пить вино, которое Келено исправно ему подливала, каждый раз получая щипки, шлепки и... Все прочее. Рука Винария была нетвердой, и глаза ему изменяли, он все чаще промахивался.

Раз с хохотом дернул ее за хвост и уставился на Иве в ожидании поддержки своего веселья. Не дождался. И все же он увел разговор в очень поганую сторону. Иве едва смочил губы вином. Язык защипало.

Он посмотрел на доску для чатуранги. Фигуры были разбросаны кругом. Дед когда-то научил его играть, но Иве понятия не имел, как применить свои знания против человека, который даже не подозревал, что правила в игре существуют. Разумеется, он проиграл. Винарий пару раз скривился, схватившись за живот, но и только.

Что можно было сказать о товарах этого человека, если даже его отрава не действовала? Сенна не выкручивала его кишки, вино не било в голову. Время невыносимо тянулось — но все происходило слишком быстро.

— Так что, какова она на ложе?

— Много ворочается.

— Шутник. Мал еще шутки шутить, отвечай по делу.

Винарий шумно отхлебнул и погрозил ему пальцем. Иве увидел... Возможность.

— На самом деле, я не имею понятия.