Апостолы слепого пророка

Древесная плеть пронзила ее сердце. Она ошиблась, решив, что смерть сорвалась и сегодня уже не придет.

Финей хранил молчание — не встал, не подошел к женщине, которую... Пожалуй, что никогда не любил. Иве сделал шаг, но так и застыл, опустив руки. Он уже знал, что ничего не почувствует, коснувшись запястья или горла вдовы.

Келено не стала больше вызвериваться, ругаться и нападать — а на тело даже не смотрела, будто оно не стоило внимания. Она обратилась к дриаде с недоверчивым любопытством:

— Тебе вообще все равно, кого, а?

— А стоило, по-твоему.

.. Выбирать? Так меня призвали не судить. — дриада убрала за ухо лианную прядь и наклонила голову к плечу. Она-то как раз смотрела на вдову. — Ох и знатная гарпия из нее получится. Еще злее тебя. Стой, ты правда думала, что я Другая?

— Это как-то проще приходит в голову, чем торговля.

— И зря. Ты никогда не видела, что происходит там, где заводится Другая дриада?

Келено, пойманная на невежестве, болезненно поморщилась. Иве же надеялся, что вовсе никогда не узнает, что происходит в таких местах — ему и ”торговли” хватило.

Один жрец теперь точно знал, что делать.

— Людям это очень не понравится. Как бы вместо погребения не вышло надругательства. Люди не любят платить долгов, которых не просили.

***

Опасения Амвросия не подтвердились. Погребальный костер Нонны из Сога вышел роскошным, и вокруг него собрался весь город. Но, так как правда открылась, слов сожаления ни у кого не нашлось. Слов благодарности — тем более, хотя город, наверное, ждало процветание.

Купленное в долг, о котором никто не просил — но здесь Нонна, видимо, ничем особенно не отличилась. В конце концов, на все была воля Богов.

Финей решил произнести речь — и поначалу это никого не удивило, но чем дольше он говорил, тем отчетливее проступало на лицах людей недоумение.

— Госпожа Нонна была лучшей женщиной из всех, кого я знал — прекрасна и полна достоинства, и все же, как любая женщина, коварна, слаба и недальновидна. Несчастная и покинутая, оставшись без опоры, она растерялась и пошла на отчаянный шаг.

Отныне мы не допустим такой ошибки.

Тогда никто не понял, что означают эти слова. Некому было помешать Финею захватить пустой особняк. Слуги разбежались окончательно, но пока Иве готовил пищу, а Келено следила за порядком, его ничего не смущало.

— Келено, — спросил однажды Иве, когда они собирали для Финея первые кислые персики в саду, — ты ведь его терпеть не можешь. Но ты так стремительно бросилась его защищать...