Твой шёпот в тумане

– Успокойся, Эм, я жива, – прошептала я.

– Им всем плевать на нас, – выпалила она, – папа всегда ходил на поиски. Ты никогда не отказывала, а они двери перед нами закрывали.

– Надо бы Талии сказать, что жива я.

Словно читая мои мысли, в дверь глухо постучали. Непроизвольно я вздрогнула, хотя раньше за мной такого не водилось.

– Эмбер, милая, открой, – услышала я голос соседки.

Моя сестрёнка озабоченно глянула на меня и помчалась к двери с не свойственной ей прытью. Дверь скрипнула, и в дом вошла молодая женщина со своими детишками.

– Я тут решила, что мы с Эгором сходим к лесу. Может, где и найдём Томму… – начала было Талия, но осеклась, глядя на меня в упор.

– Живая! – выдохнула она и села на ближайший стул. – Хвала богине Эртвине! А я уж думала всё, пропала ты, сгинула.

Отвязав с запястья верёвку, на которой всё ещё болталась птица, положила всю свою добычу на стол. Мой взгляд упал на тот мешок, что дал воин.

– Как спаслась-то? – устало прохрипел Эгор.

– Я к забытому тракту побежала, – принялась я рассказывать свою историю, – решила, что по дороге быстрее передвигаться. Прикинула, если до Сердвинок доберусь, схоронюсь там на чердаке где.

– И что? – поторопил меня с ответом сосед. Доковыляв до стола, он буквально упал на крепкий табурет.

– Выбежала на дорогу и чуть под копыта воинов-северян не попала.

– Ох ты, Богиня Великодушная, не тронули хоть? – Талия буквально впилась взглядом в моё лицо, её младшие дочери притихли и уставились на меня большими глазками, будто я им сказку страшную рассказываю.

– Нет, – я улыбнулась, – я с их вардами разговаривала, это как князья наши. Страшные они.

– И странные, – вмешалась в наш разговор Эмбер, наливая мне суп. – У того, что Тому домой привёз, глаза как у кота, в темноте горели.

Все непроизвольно подались вперед.

– Значит, не врут мужики с Вотчиков, северяне появились и спокойно здесь разъезжают.

Я хмыкнула и, прищурившись, глянула на соседа.

– Они Сердвинки отстраивают. Я своими глазами видела, как забор вокруг деревни городили, врата уже есть. А мне сказали, что работа для мужиков есть – платят снедью.

Взяв птицу, я скинула её в ведро. Ощипаю чуть позже. Крапиву в узелке тоже убрала. Развернув холщовый мешочек, я вынула его содержимое: целую головку сыра, хлеб кусками и перевязанные плетёной верёвкой полоски копчёного мяса.

– Хорошая добыча, – хмыкнул Эгор.