Твой шёпот в тумане

Конечно, иллюзионисты в нашем роду встречались, но род их деятельности не располагал к лишней болтовне. Дед мой на дороге грабил обозы богатеев княжеских. Батька его домушничал.

О таком как-то на лавочках не треплются. Одни соседи и знали, и то потому, что предки наши ближайшие в одной банде разбойничьей состояли.

Да и мне хвалиться нечем. Чего скрывать, обносила я периодически чужие огороды. В нашем-то шаром покати. Ну не смотреть же мне, как сестры с голоду животами маются. А если в лесу пусто или петли мои обшарят чужие? Да, и такое бывало.

Редко я на чужие грядки покушалась, но бывало, и мне за это совестно.

Много не брала, по чуть-чуть, но воровство, его как не обеляй, а всё равно грязное дело.

Эмбер снова закашлялась, и это как-то привело всех в чувство и вывело из думок. Всё же ночь на дворе. Все уставшие.

– Пойдём мы, – Талия устало поднялась. – Девочкам спать уж давно пора, да и Эгора потрепало сильно. Рада я, что ты, подруженька, жива-здорова. Я уж думала всё, нет тебя больше.

Не усидела дома. Как Мово своего схоронила, так нет мочи на туман смотреть.

Я слабо улыбнулась и кивнула. Талия была всего на восемь лет меня старше. Они с будущим мужем с самого детства под ручку ходили. Я ещё девчонкой подглядывала за ними да дразнила женихом и невестой. Эгора она рано родила: свадьбу только сыграли, а через месяц и сынок уже появился. Мама бегала, роды принимала, а я помогала как могла. И вёдра с водой, и простыни чистые подавала.

Никто тогда и знать не знал, что так судьбы наши сложатся. Что сын её ради меня в туман соберется. Что общее горе у нас будет на две семьи.

– До завтра тогда. Ты выспись хорошо, – Эгор устало поднялся и, хромая, неспешно пошел на выход. – Другим-то будем говорить?

– А почему нет-то? – пожала я плечами. – Кусок хлеба всем нужен.

– Значит, с утра оббегу всех, – Эгор вздохнул. – Кстати, я дочь Торгаса нашел.

– Нанью, – удивилась я, – и как умерла? Хоть не мучилась?

– Живая, – он улыбнулся, просияв лицом, – мы с ней вместе по болотам уходили.

Она, считай, сутки там хоронилась. Говорит, голоса они с сестрой услышали, но не послушали. В общем, сами виноваты. Но старик их хоть отошёл немного от горя.

– Я тоже голоса сегодня слышала, – призналась я, – это тени. Они совсем рядом были. Голосом мамы звали.

– С каждым днём всё страшнее и страшнее, вовремя северяне пришли, – Талия покачала головой и поднялась со стула.