Твой шёпот в тумане

А у нас об неё тяпку сломаешь: прёт быстрее урожая.

Я смолчала, лишь украдкой глянула на сестру. Что-то с её даром было не так. Да и знать бы ещё, что за магия у неё такая. Спросить бы у кого ведающего, да нет у нас таких.

Положив топор на колоду, я собрала наколотые дрова и отнесла в дом. Вечером нужно будет комнату протопить, сырость такая кругом. Может, сорняков во дворе у нас нет, зато плесенью богаты. Свалив охапку дров у печи, я огляделась. Весна в этом году выдалась холодная и дождливая, поэтому, не задумываясь, надела отцовский кожух, подбитый истрепавшимся заячьим мехом.

Выйдя на улицу, ещё раз взглянула на сестру. Слишком быстро она взрослеет, понятно, что не девочка давно. Вон, Талия Эгора уже нянькала вовсю в её возрасте, но всё же.

– Ну, ты идешь, Томма? – Эгор маялся в нетерпении. – Я уже и мужиков наших оббежал. Брок с сыном с третьей улицы тоже решили сходить разведать, что за северяне такие. Говорят, видали, как тебя вчера один из них верхом на лошади привёз.

Кивнув, я поспешила к калитке.

Наконец-то, подняв её с земли, прислонила к забору.

– Потом приколочу на место, – пообещал Эгор.

Выйдя из деревни, мы направились по широкой тропе к Сердвинкам. Вперёд пустили мужиков из Вотчиков, ну и заодно наших местных. А потом и вовсе решили отстать, чтобы они так пристально меня не разглядывали. А то поначалу мужики бросали косые взгляды. Но оно и понятно, откуда тут взялся посторонний?

Выглядела я в иллюзии бродяги с большой дороги, конечно, удручающе. Отцовский кожух, косматая нечёсаная голова, тщедушное телосложение.

Ну, вроде как обычный скиталец, какие время от времени забредали к нам в селенья. Эгор тоже подсуетился и наплёл местным мужикам что-то про отшельника, что пришел вслед за северянами да решил рискнуть с работой.

В общем, придумал мне легенду, чтобы не спрашивали потом, откуда мужик-то появился, которого раньше не видывали. Накинув на себя качественно продуманную иллюзию чахлика, я всё крутилась перед Эгором, требуя оценить мое актёрское мастерство.

– Халтура! – со знанием дела заявил он. – Чего ты красуешься и задом виляешь? Где ты видала, чтобы мужик так вышагивал?

Хмыкнув, я поправила волосы и с укором глянула на этого малолетнего критикана.

– Ещё и глазками стреляешь, – шикнул он на меня. – Шаг шире, сутулься и губки не надувай, как девочка, а смачно сплёвывай.

– Это неприлично, – возмутилась я.

– И рот на замке держи, – одёрнул он меня, – а то мало того, что он бабский, так ещё и приличный.