Её высочество рыжая ведьма.

Маг-то не белый и пушистый, а вредный и заносчивый, да и я хороша — веду себя, как наглая ведьма! А являюсь на деле бесправной и слабой «недоведьмой»! Но это не дает право некоторым за мной подглядывать!

— Убери глаз от скважины! Это недостойно мага, — выговорила четко. За дверью послышались шебуршание и тихое ругательство. Наверное, опора ушла из-под ног мага от моей наглости. Увы, я четко осознавала свою неправоту и свое положение. Но хмыкнула удовлетворенно и принялась искать взглядом предложенное полотенчико.

— Я маг и вижу сквозь двери, — зачем-то добавил Ран. Его голос звучал хрипло, тихо и радостно. Кажется, маг предавался безудержному веселью за мой счет!

Покорно взяла рыжее полотенце, отодвинула и обнаружила под ним, аккуратно приткнутую ткань. Взяла материю. Развернула. Огромная льняная рубаха порадовала взгляд. Она была чистой, свежей и да — серой! Накинула рубашку, поправила рукава, грудь, выступающую в вырез. Не мой размерчик — это очевидно, но выбора не было. Завязала потуже тесемки, пригладила непослушные рыжие вихри и вышла — такая чистая и довольная.

Сделала шаг и была подхвачена магом!

— Пусти! — взвыла, не ожидая такого подвоха. Сил сопротивляться чужому бесчинству не было, но вопить-то никто не мешал!

— Для умирающей ты слишком громко воешь!

— Умирающей? — глупо переспросила я, зависнув на мгновение. Нет, конечно, приятных ощущений было мало. Слабость в теле, дрожащие колени, легкое головокружение и позорное воркование голодного живота, но все же до Ирагона мне было далеко!

— Крошка, ты потеряла слишком много крови.

Провалялась без чувств почти половину дня и собиралась скончаться на моих руках, но видимо из вредности ожила, приободрилась, даже, смотрю, на подвиги готова. Но я не дам тебе умереть, — добавил глухо. — Впрочем, я также против самопожертвования, добровольных жертвоприношений и прочего-прочего-прочего, что по идее чуждо истинной ведьме.

— Звучит обнадеживающе, — заслушалась, прекратила трепыхаться.

— И все же я не верю, что Старая Хельга хотела моей смерти. Скорее, что-то пошло не так…

«Или кто-то просто жаждал моей смерти! А может я и вовсе не причем в этой истории?! Просто убийца заметал следы. Ирагон что-то знал — это очевидно!»

«А ты распылил его на атомы», — хотелось завопить от бессилия. Я точно знала, что эта смерть неспроста и как-то связана с моим прошлым, настоящим и вполне возможно будущим.

Мужчина сосредоточено взглянул мне в глаза.