Зимние врата

— Не могу, — покачал он головой. — Вы первые гости из внешнего мира за все время.

— Из внешнего мира? Что это значит?

— Все то, что не ограничено кольцевыми горами Артлока и непроницаемой энергетической пленкой, отнявшей у нас зиму и магическую силу.

— Артлок? Но ведь это... большая часть всех заброшенных земель. Да что там! Почти четверть всего Энсколда, если я верно запомнила карту. Как же так?!

— Заброшенные земли, — хмыкнул Гартур. — Быстро же о нас забыли.

— Как странно. Гартур, я ни разу даже не слышала о том, чтобы здесь кто-то жил! Инты буквально вымирают.

— Приятно знать, что наши собратья не скучают.

— Ты не понимаешь. Если бы кто-нибудь знал о вашем существовании, они сделали бы все возможное... Что за пленка? Почему вы не можете уйти?

— Магия, Аврора. Очень сильная магия, которой не осталось у нас.

— Нет зимы... Папа говорил, что дело в ветрах Энсколда, несущих частицы морозной силы этого мира.

— А этого уже не помнят даже здесь, — усмехнулся он горько. — Но твое появление вселяет надежду.

— Кому? Тем храбрецам, что хотят убить моего арата? — спросила я, помолчав.

— Я не могу отпустить тебя сейчас, но не позволю навредить. Ты можешь мне верить.

Не знаю, почему, но я в самом деле ему верила. Он не такой, как те, что приходили. Особенный. А еще смотрит так, что сердце вдруг замирает, а потом стучит настолько громко, что кажется — он услышит.

— Интересно, а кормить нас сегодня будут? — спросила Гусю, глядя в спину уходящего Гартура. — А то сам знаешь, какой у меня аппетит от нервов просыпается!

— Мявк, — согласился «котик» и мягко зацепил здоровенной лапище мое плечо, вынуждая присесть рядом.

Надо сказать, голодными нас не оставили. Еду приносили исправно, выдали тазик для умывания, теплый плед и даже чью-то облезлую шкуру, которую я сразу же отбросила подальше в угол.

Я оставалась пленницей, но не чувствовала ненависти к пленителю. И что еще более удивительно — не стремилась домой. Там некого будет ждать. А я ждала.

Гартур приходил каждый день. Обычно рано утром и перед самым сном и оставался, бывало, на несколько часов. Он просил поведать во всех подробностях о современной ситуации во внешнем мире, о королевской семье, политике и изменениях во взаимоотношениях со сколдами — отчасти притесненной коренной расой этого мира.