Дар солнца для Лунного дракона

Судя по широкому размаху крыльев и хищно загнутому клюву, сокола ― того, который письмо доставил.

― Соколу пять дней добавить? ― переспросила я.

Дед кивнул. Я разровняла муку, плюхнула на нее ком теста, взялась за скалку.

― Сокол. Добавить пять дней. Как же разгадать, чего ты мне присоветовал, дед? ― спросила озадаченно.

Немой постучал костяшкой согнутого пальца мне по лбу: думай хорошо! Я и стала думать, а руки мои в это время тесто крутили-вертели, разминали, на небольшие части разбирали, колобки катали да в лепешки их раскатывали.

― Староста говорил, что ответ дать обязан, и правдивый, ― рассуждала я вслух. ― Он к нам утром зайти обещался, посоветоваться, как отвечать. Хотя как тут ответишь, если выбор невелик: да или нет. А вот не спешить с ответом староста может. Никто ведь не проверит, сколько дней сокол до нас летел, сколько обратно возвращался…

Немой, услыхав последние мои слова, палец указательный поднял, кивнул утвердительно, и я поняла, что угадала: дед хочет, чтобы мы старосту попросили ответ только через пять дней отправить.

Вскоре лепешки отправились на огонь запекаться, я прибрала со стола и начала разливать по кружкам заваренный дедом чай, а на запах свежей выпечки в пещеру подтянулись близнецы.

― Мы там поленьев на пару дней вперед накололи, ― отчитались весело. ― Хватит, или еще пойти помахать топором?

Дед дал понять, что никуда ходить не надо, и усадил парней за стол.

― Байл, Берр, вы ж деда не забывайте, забегайте к нему каждые три-пять дней, пока меня не будет, ― попросила я.

― А то мы сами не догадались бы! ― слегка оскорбился Байл.

― Уж как-нибудь отыщем дорогу! ― поддакнул братцу Берр.

Немой потрепал близнецов по головам, и стало понятно: он вовсе не против, чтобы они и без меня его навещали. Мне от этого стало и радостно, и чуть ревностно: все-таки я Немого своим наставником считать привыкла, а братцев с собой брала сначала потому, что они все равно как два хвоста всюду за мной бегали, а потом уже как помощников и защитников.

Укорив себя мысленно за неподобающие чувства, я сняла готовые лепешки с двух больших сковородок, на которых они запекались, переложила на деревянные подносы, поставила на стол.

― Быстро почаевничаем да побежали, ― поторопила братцев. И напомнила. ― Отец велел до полуночи вернуться.