Превратности судьбы

Тяжелая воротина со скрипом отворилась, показались взмокшие от натуги парни, с трудом тащившие воз с высоким снопом скошенной травы, и два незнакомца, толкавшие воз сзади.

Не любил Бирюк незнакомых людей, и старшему сыну это передалось, но, видать, средний сын пожалел их и позволил в отцовский дом прийти.

- Кто такие? Чего надо? - неприветливо поинтересовался хозяин.

Один из них приложил руку к груди и слегка, по-благородному поклонившись, ответил:

- Нам бы дорогу к городу или ближней деревне узнать. Одежду новую и еды с собой, мы заплатим.

Бирюк внимательно посмотрел на обоих: грязные, уставшие, а стоят и смотрят так, будто хозяева. Этот, что отвечал, на вид покрепче, с мечом на поясе и одет получше; второй, хоть и в обносках, а видно – тоже не простых кровей.

- Деньги мне ваши без надобности, а вот за помощь до деревни довезу, как на ярмарку поеду.

- В чем помочь-то? - спросил второй и оглядел двор, точно прикидывая.

- Колодец новый вырыть надо, старый на скорую руку рыли, вода там не очень. Да все руки не доходили.

Сыновья вот выросли, да вы двое, быстро справитесь. А пока рыть будете, у меня будете жить, есть будете с нами. Одежду дам целую взамен вашей.

Бирюк сказал это, чтобы пришлые ушли быстрее, не будут благородные колодец рыть. Но те стояли, переглядывались, будто разговаривали без слов. Тот, что с мечом, повернулся к Бирюку:

- Далеко до деревни?

- Если на лошади, то един день пути, а пехом – все три.

Снова думали. Бирюк уже радоваться начал, что откажут и уйдут своей дорогой, а они взяли и согласились.

Назвались Аском и Улраном.

Сказал им, чтобы сыновьям помогли траву разгрузить и раскидать в тени сушиться, потом показал, где колодец будет. Тот, что Улраном представился, не согласился с местом, на другое указал, сказал, что там лучше, и от нужника дальше, вода чище будет. А тут как раз Яра с обедом подоспела. Сели все за стол, он ел похлебку с хлебом, козий сыр и вареные яйца, а сам косился на пришлых. Видно было, что голодные, а ели аккуратно, благородные, одним словом.

В голове билась, не давала покоя мысль, что слышал он где-то про двоих, искали кого или нашли, не мог никак вспомнить.

После обеда новое место разметили и начали копать. До темна провозились. Вечером сыновья воды в баню натаскали, затопили – помыться с тяжелого дня. Хотели все вместе, одним паром помыться да спать лечь, ан нет, не пошли пришлые со всеми, сказали после помоются. И ладно, ему с семьёй самый пар достанется. Яра им постелила на сеновале.