Некромант на мою голову

Отметьтесь только в журнале и можете отправляться. 

Если раньше я пыталась заткнуть волнение куда подальше, то теперь, после слов этой Эллы, на меня внезапно нашел мандраж. Что я делаю? Не сошла ли с ума? 

Швак суетливо записал что-то в большой тетради, похожей на амбарную книгу, и махнул мне:

— Идемте, я вас провожу… Вон к той двери, прошу…

Он приоткрыл ее, и оттуда сразу послышался отдаленных гул голосов. 

— Идемте, Валерия, не волнуйтесь… 

Я нерешительно переступила порог следом за ним, и в следующую секунду меня окутало густым прохладным паром.

А когда он развеялся, первое, что я заметила: мой удобный и нежно любимый чемодан исчез. Вместо него у ног стоял огромный кожаный, с чуть потертыми от времени боками и ручкой. И только когда я удивленно потянула к нему руку, увидела, что та в перчатке. Я быстро окинула себя взглядом: на мне вместо джинсов и ветровки было платье. Длинное, темно-синее и такое же старомодное, как и все окружающие предметы в этой комнате. Кроссовки тоже сменились ботинками на невысоком каблуке. Я подняла ошеломленный взгляд на Швака. 

— Вы успешно прошли адаптацию, Валерия, — почти торжественно произнес он. — Вся ваша одежда теперь подстроена под местную моду. Когда будете возвращаться домой, все вернется к прежнему виду. Кроме этого вы получили возможность понимать местный язык, читать на нем и писать, как на родном. Добро пожаловать в Альвар, а именно в империю Эсмор, лея Валерия. 

— Кто? — переспросила я, растерянно.

 

— Лея — местное обращение к женщине, девушке, — пояснил Швак. — Льерд — к мужчине. Но также в ходу и привычные вам «господин» и «госпожа». 

— Понятно, — кивнула я, чувствуя себя весьма странно. 

— Роберт, ты еще кого-то привел? — из-за пыльной бордовой шторы, которая, видимо, закрывала некий проход, показался пожилой мужчина в самом настоящем пенсне… 

— Да, Фил, вот Валерия, из мира Земля, — Швак сразу протянул ему анкету. 

— Добрый вечер, — поздоровалась я с этим Филом.

 

— Добрый, — тот даже не взглянул на меня, его больше занимала моя анкета. — Хорошо… Будете на сегодня последней. Если вдруг никого не заинтересуете, завтра в утреннем аукционе пойдете первой. 

— Что, простите? — мне показалось, что я ослышалась. Аукцион? 

Но меня отвлек Швак:

— На этом, Валерия, моя миссия закончена, — сказал он, торопливо кланяясь мне. — Теперь полностью вверяю вас в заботливые руки господина Фила Годвина.