Осколки тени и света

— Мы идем в Эр-Сале? — спросила я, как бы вдруг приходя в себя, и уткнулась взглядом в некроманта, сидящего лицом ко мне на поваленном дереве. Обычно растущие деревья вокруг тоже присутствовали. Лопата наличествовала. Некромант смотрел мне в глаза, но пониже. Правда, поняла я это не сразу.

— Мы, — темный провел рукой по деревяшке взад-вперед, — в Эр-Сале.

— Это по пути в Иде-Ир?

Темный оставил черенок, небрежно уронил точильный камень и раскинул ручищи в обе стороны, по-прежнему таращась на меня. Глаза были светлые.

— Эр-Сале, — он тряхнул правой рукой и вытянутым указательным пальцем. — Иде-Ир, — и повторил жест левой рукой в противоположном направлении и другим пальцем.

Я покосилась, куда указывала левая, и сквозь редкие деревья увидела серую проплешину. Погодите-ка, разве мы не оттуда пришли? Вот тьма…

Некромантские грабли опустились. Взгляд остался на том же месте. Я машинально потянулась рукой к груди, вспомнив, как радостно тренькнули пуговки в момент захвата. Зараза… Впрочем, у него было достаточно времени, чтоб не только рассмотреть досконально, но и на ощупь попробовать, как «вполне себе ж-ж-ж».

— Какой бездны ты тогда позвал?

— А какой бездны пошла?

— Ты подрядился меня проводить!

— Да? Не помню, чтобы получил что-то взамен за свои услуги.

— Оплата по прибытии.

— Гуля с два!

— Тогда какого хрена тебе нужно?

— Поднимаю трупы, упока…

— Я помню, за деньги.

— Угу, оплата вперед. Только денег у тебя с собой нет, а раз нет денег, — некромант прищурился, чуть склонив голову, его глаза затянуло чернотой, а с руки брызнуло мраком.

— В качестве оплаты…

— Я ведь и так мог бы взять, как хотел и что понравится, не заморачиваясь с договором, — голос тьмы, исходящий откуда-то из глубин некромантской грудной клетки, будто у него за ребрами вместо сердца шуршали, потрескивая раскаленные угли, вздыбил волосы на затылке, а шевельнувшаяся под платьем темная лента поддела шнурок и вытащила гранатовую бусину, оставив взамен толпу мурашек, как после ночного купания в реке.

Глаз я не опустила. И не моргнула. Даже когда эта штука елозила у меня в бюстье. С темными всегда так: отвел взгляд — признал поражение. Я его нанимаю, а не он позволяет мне тащиться рядом из милости или еще какой утренней блажи.

— Договор, — твердо произнесла я.

— Договор, — согласился темный. — Твое имя.