Во власти проклятого короля

Возле второй девушки, оставшейся с листами в руках, вьется вихрь. Закручивает ее распущенные волосы, силится сорвать большую по размеру чужую рубаху, выхватывает бумаги и, раскручивая, поднимает все выше и выше. Вооруженные мужчины, как не стараются, не в силах пробиться в выросший воздушный светлый столб. Все с ужасом созерцают действие в ожидании чего-то кошмарного и неизбежного. В какой-то момент все прекращается. Столб исчезает. Листы падают на мостовую. Свечи гаснут. Стражники хватают обеих участниц ритуала и волокут в темницу.

Для Алены все произошедшее пролетело за мгновение. Вот они начинают ритуал и тут же под возмущенные, негодующие крики выбежавших на улицу горожан ее за волосы волокут куда-то, обзывая последними словами.

- Багряна, что произошло? - превозмогая боль, девушка пытается взглянуть на подругу, ноги которой видит впереди.

- Ты завершила ритуал, – слышит она ликующий голос подруги.

- Я? Я ничего не помню.

- Заткнись, дрянь!

Алену безжалостно кидают лицом об камни. Поднимают и снова тащат за волосы.

В темнице их разлучили и закрыли в разные камеры, оставили до конца расследования. Допрашивали строго, но не били. Наверно побоялись навлечь гнев сумрачных сил. Особенно отличался страшный тощий дознаватель, не дававший девушкам спать, умываться и есть. Он мог часами просиживать в камере из-под густых бровей пристально наблюдая за подследственными. В его присутствии даже глоток воды не лез в горло.

Только на третий день заключения допустили на свидание сударыню Мадин и сударя Грэна.

- Багряна не в себе. Ты хоть что-то объяснишь? - всхлипывала добрая распорядительница, оттирая влажной тканью запекшуюся кровь с лица любимой воспитанницы.

Алену бил озноб. Она была очень напугана и за себя, и за подругу. Повторила все то же, что и говорила ранее на допросе, ничего не утаивая. Но она действительно мало что помнила.

- Хотела ты участвовать в ритуале или нет, уже значения не имеет.

Речи давались верному королевскому помощнику с трудом. Меньше всего на свете он бы хотел видеть эту девочку в таком страшном месте. В его силах только облегчить условия ее содержания, но не изменить будущее. Врать и дарить ложные надежды он тоже не видел смысла. Алена примет смерть.