Портрет Дори-Анны Грей

— Не он, а я, — признался Мстислав, отчего-то смущаясь, – Подумал, что может пригодится… после… гонок…

Какие все предусмотрительные!

— Ты тоже что-то с собой брал? – спросила я Яромира, прихлебывающего дымящий напиток.

На его щеках расцвел алый румянец. Ясно, Мстислав налил в термос не только чай. Собирался с братом отметить победу или утопить в вине поражение?

— Да, аптечку и набор туриста, но мой рюкзак стоял под сидением и утонул вместе с санями.

— И почему я ничего не взяла? – В моем заплечном рюкзаке лежал лишь планшет, для мягкости и защиты обмотанный шерстяным платком – не знаю, откуда он взялся в моем гардеробе.

И тут же переключилась на «братишек»: — Ну что? Будем вытягивать наши сани? Крепи к своей машине. – Я подала второй конец каната с железной петлей Виктору.

— Ты хочешь, чтобы наши сани тоже оказались в озере? – возмутился брат, но все же направился к заднему бамперу.

— Глупости. Канат для того и хранится на запятках, чтобы взять на буксир другую машину.

— Могу поспорить, ни один конструктор не мог предположить, что придется вытягивать из озера…

— Меньше слов, больше дела, — перебила я словоизлияния Виктора.

– Мне сесть за пульт управления?

— Сам справлюсь, — буркнул брат и запрыгнул в сани.

Мстислав, крутясь у озера, принялся руководить процессом. Доставали машину из воды медленно. Даже слишком. Я нетерпеливо притоптывала ногой и поглядывала на посиневшего от холода Яромира. Погружение в полынью явно пошло ему не на пользу. Благодаря ткани своего комбинезона, он намок лишь частично: ноги, руки, шея, волосы, а шлем на голове позволил не остаться без воздуха и быстро всплыть.

Однако замерзнуть успел, и сильно. Даже горячий чай с алкоголем не смогли его отогреть.

Я не выдержала:

— Надень, — приказала ему, стянув с себя спортивную черную шапку. – В конце концов ты по моей вине пострадал.

— Вовсе нет…

— Ты вытолкнул меня из саней вместо того, чтобы спасаться самому. – Я обвинительно наставила на него палец. – Бери.

Яромир отшатнулся от меня, будто я предложила ему что-то неприличное и вытаращил глаза.

— У меня платок есть шерстяной, не спрашивай, зачем я его брала с собой, как и вы – на всякий случай, но его не стану тебе предлагать, он в синенький цветочек, думаю мне он больше подойдет.

Его губы дрогнули в слабой улыбке.

— Спасибо.

Всучив ему в руки шапку, я сняла рюкзачок и, не вынимая планшет, развернула драгоценный сверток. Надеюсь, не поврежу без дополнительной упаковки.

Хм, а из платка вышла вполне приличная чалма.