Мое прекрасное чудовище

Вокруг выли и бились в убийственном синем свете гариконы. Тварь, несшая меня, хрипло дыша, лежала у подножия дерева. Шаен уверенно направлялся в ее сторону. Превозмогая боль, я кинулась к ним. Когда моя хрупкая фигурка встала между монстром и гариконом, раздался глухой рык. Я так и услышала:

— Прочь!

— Не смейте! — выкрикнула так, что в горле больно стало. — Не троньте их!

Тьма. Какие же у него жуткие черные глаза. Очень черные. Он сузил их, и я увидела, что хищные искры в их глубине замерли, обращенные на меня.

— Не. Троньте. Их, — проговорила с отчаянной злостью.

Гарикон за моей спиной тяжело поднялся.

— Отпустите их.

Чудовище наклонилось, пристально смотря на меня. Мне было страшно как никогда. Только ожидание неминуемой смерти придавало смелости.

— Они ни в чем перед вами не виновны, — выдавила хрипло. — Отпустите их. Я прошу вас.

Синий свет начал затухать. Гариконы поднялись. Прижали уши, зло глядя на чудовище. А оно стояло, грозно смотря на меня и тяжело дыша.

— Уходите, — приказала я гариконам.

Я стояла, смотря прямо на монстра, а он сверлил меня взглядом. Секунда… Две…

— Он не тронет меня! — постаралась успокоить я хищников. — Уходите.

Чудовище повернуло голову, с насмешкой смотря на гариконов. Я вздрогнула, смотря на него. Сквозь черную гладкую шерсть на морде проступил яркий багровый шрам, тянущийся от щеки к виску.

Я отшатнулась, уже точно понимая, кто передо мной.

А монстр хмыкнул.

Гариконы взвыли.

У меня дух захватило от высоты. Чудовище, словно издеваясь, неслось вверх, пока деревья не начали казаться крохотными, а у меня не закружилась голова. Когтистые лапы крепко прижимали к мощному нечеловеческому телу, не позволяя нормально дышать или сопротивляться. Хотя я и не пыталась. Сопротивляться на такой высоте смертельно опасно.

Еще пара сильных взмахов, и монстр завис в воздухе.

— Вы можете выбрать смерть, леди, — прохрипел он голосом генерала Астеша. — Прямо сейчас. Это ли не лучше, чем стать моей любовницей?

Ужас от сказанного прошел по крови, леденя ее. Я смотрела не в жуткую морду шаена, а вниз.

Сердце заходилось в лихорадке, как и мои мысли.

То есть он пошел за мной, чтобы потом убить? Хорошее решение. Хотя, может, и правда хорошее. Всего несколько секунд полета.