Мое прекрасное чудовище

Я испуганно отпустила балеринку.

Сломала? Нет. Та, словно делая плие, наклонилась, а следом весь камин сдвинулся в сторону, открывая темную глубокую нишу.

Любопытной я была всегда. С минуту боролась с желанием уйти — и не смогла. Взяла первый попавшийся канделябр и посветила. В нише виднелась дверь. Старая, деревянная, с круглым кольцом ручки.

Я уверенно подошла, потянула створку за ржавое кольцо. Та не открылась. Зато я заметила небольшую выемку замка. Да когда меня останавливали замки? Сколько раз я вскрывала их в собственном доме, сбегая из‑под надзора «любимой» тетушки.

Вытянув из прически шпильку, пристроилась. Раз, два — и после очередного поворота дверь распахнулась, открывая темный вход.

Не раздумывая, я вошла, подсвечивая путь тусклым светом канделябра. Немного пройдя по широкому коридору, спустилась на несколько ступеней вниз и вышла в круглое помещение, заваленное хламом, вещами и старой мебелью.

Ага, видимо, это подвал.

Покрутилась немного, с интересом рассматривая предметы старины.

Внимание привлекало нечто стоявшее у кресла и прикрытое темной тканью. Судя по всему, картина. Я подошла и стянула материал. Тут же чихнула от пыли. Огонек канделябра нервно задрожал. А я с любопытством смотрела на изображение.

Это и правда была картина, изображавшая девушку. Что‑то неуловимо знакомое было в ней. Очень‑очень.

Наклонилась ближе, поднося к изображению свет. Вот теперь изображение стало уловимо знакомым.

Не может быть.

От удивления я чуть не уронила канделябр. С портрета на меня смотрела… я сама. Собственной персоной. Только волосы не переливались солнечным медовым светом, а ниспадали каскадом черных локонов. А еще взгляд — я никогда не смотрела так высокомерно и так пристально, будто пытаясь заглянуть в самую душу.

Несколько минут я стояла, пораженная увиденным.

— Леди! — голос Сахли эхом отразился от стен коридора и крикливо-испуганно донесся до меня.

Я бросила еще один взгляд на картину и торопливо направилась обратно в библиотеку. Выскочила прямо на свою камеристку, стоящую у двери.

Та растерянно глянула на меня.

— Что вы там делали, леди Киара?

Пожала плечами.

— Дверь сама открылась, вот я и пошла посмотреть.

Камеристка нахмурилась и уже раздраженно заявила:

— Я же просила не ходить в подсобные помещения.