Пряничный домик

Лори умудрился за день уничтожить все, ради чего она как проклятая работала семь лет.

Уже после отбоя, невидящим взглядом пронзая ночь за окном, Джинни поняла, что оставаться здесь больше нет никакого смысла. Если сейчас она потеряет Гарри, то можно будет признать, что последние семь лет были огромной ошибкой. Зная его, легко предсказать, что, узнав о помолвке своей девушки с другим, он запросто может в благородном порыве отказаться от своих притязаний ради ее счастья.

Дом Поттеров не был подключен к каминной сети, и Джинни не рисковала трансгрессировать в Годрикову лощину, поскольку в таком эмоциональном состоянии она легко могла оставить правую ногу где-нибудь в Йоркшире, а левую — в Хэмпшире.

И, словно ведьма из старых сказок, она вылетела в окно на метле, чтобы пролететь через четыре графства со скоростью, развить которую над квиддичным полем и мечтать не смела. Джиневра Уизли собиралась обогнать «Ежедневный пророк».

— Ты в порядке? — обеспокоенно заглядывая ей в глаза, спросил Гарри.

— В порядке ли я? — выдохнула она и улыбнулась, хотя больше всего на свете ей хотелось разрыдаться от облегчения.

— Да я никогда в жизни не чувствовала себя лучше! Ну, то есть было, конечно, пару раз в сарайчике с метлами… и на чердаке под укоризненные завывания упыря несколько раз…

Гарри с облегчением рассмеялся. Едва ли такие воспоминания придут на ум человеку, который чувствует себя скверно. В перенаселенной «Норе» найти свободную комнату было трудновато, так что фамильный упырь семейства Уизли в свое время повидал немало пикантных подробностей личной жизни единственной дочери хозяев и ее избранника.

— Почему ты считаешь, что он был расстроен? Лично я предпочитаю думать, что вся живность на чердаке пребывала в неописуемом восторге еще сутки после того, как мы спускались оттуда.

Они засмеялись снова.

До сегодняшнего дня Джинни не была в Годриковой лощине ни разу. Она только слышала от Гарри, что дом его родителей находится там, и знала из писем, что несколько лет назад последний из Поттеров решил восстановить свое родовое гнездо.

То, что ей удалось добраться до места, иначе как чудом назвать было нельзя, но чудеса не случайны, они лишь подчиняются закономерностям, которые еще неизвестны. Зная направление весьма и весьма примерно, она летела, ведомая тем же чувством, что год за годом позволяет птицам возвращаться домой. Джинни коснулась калитки с восходом солнца, но все равно опоздала — дом был пуст, хозяин покинул его еще до рассвета.