Повесть о том, как я за счастьем ходила

Бывший частокол, некогда плотной стеной окружавший терем, пьяно развалился по разные стороны и спокойно загнивал, обрастая мхом игрибами. На страже родного отечества остались лишь ворота, правда слегка покосившиеся и подпертые открытыми створками. Их украшали черепа животных, стрелы и другая домашняя утварь. А чуть дальше чернел старый терем в два этажа, с высоким крыльцом и остроносой крышей, как шапка, слегка сдвинутой набекрень. Первый этаж, оплетенный мхом и повителью, по окна врос в землю. А лестница пугала темными просветами, провалившихся ступенек.

- Да! Вкусы у Бабы-Яги от перемены места жительства не меняются. И это похвально! – заметила я и смело ударила во входной колокол.

Спавшая на воротах черная птица открыла один глаз и с любопытством уставилась на нас. На высоком крыльце шевельнулась неясная тень.

- И кого это к нам принесло встречным ветром? – пробубнил скрипучий голос.

- Ой, Бабулечка-Ягуличка, - затараторила я, скорой походкой направляясь к крыльцу. Мои спутники немного обалдели от столь фамильярного обращения к страшной колдуньи и местной достопримечательности.

- Цыть, неугомонная, - сверкнула очами старушенция, - стоять, где стоишь и молвить, когда спрашивать буду.

И я нелепо замерла на месте с поднятой ногой, уже готовой опуститься на первую ступеньку. А старуха шумно вдохнула воздух, пожевала его беззубым ртом, как бы пробуя на вкус.

- Фу ты, ну ты, ни как русским духом запахло? Аль земля-матушка весточку прислала? – и её серые глазища впились в меня как стальные иголки. – Мирбок, - перевела старуха взгляд на воина, - никак ты свою персону доставил к нам на поклонение?

Воин степенно слез с коня и с достоинством поклонился колдунье.

- Приветствую тебя, мудрая Ядва! Многие лета и многие мысли тебе.

- Здравствуйте, - пролепетала Генея, боязливо прячась за спину воина.

- Так значит святая троица в сборе.

С усилием преодолевая сопротивление, я поставила ногу на первую ступень. Скрипнув, она предательски сообщила всем о моем смелом поступке.

- К ней как к человеку, с чистой душой и открытым сердцем! А она тебе? Тьфу, - буркнула я. – Нет, чтобы в избу пригласить, чаем напоить…

- В баньке попарить, на лопату посадить, а печи испечь и на косточках покататься, - смешливо закончила за меня старуха.