Солантан. Узник маяка

Выходит, Сандр использовал меня? Я никогда ничего к нему не чувствовала? Правдой ли были чувства?

– Следующую неделю мы будем находится здесь. В Сочи очень много наполненных магией мест из-за магов, которые живут здесь. Ты будешь восстанавливаться и впитывать магию, учиться заклинаниям, но пока в теории. А когда приедешь домой, то применишь полученные знания в общественном месте и за тобой приедет магический патруль. Они пробьют тебя по базам и узнают, что в Египте ты пережила клиническую смерть.

Дверь открылась и в комнату зашел Макс.

– И поэтому у тебя проснулась магия, хотя фактически она и не засыпала. Но для патруля этого будет достаточно. Ты должна задавать много вопросов при них бабушке о Солантане, о магии и родителях. Чем несомненно вызовешь интерес и желание проконтролировать твоё перемещение на родину. В общем, будешь действовать как среднестатистическая девчонка, узнавшая о магии, – Макс подошел ко мне, и потрогал мой лоб. – Как ты себя чувствуешь?

Он стоял спиной к Велене, и та едва заметно покачала головой.

Я же уже готовая сорваться на Макса, внутренне вздохнула.

– Все хорошо. Я поняла, – лишь ответила я максимально спокойно.

Макс расхохотался. Порывисто обнял меня и протянул мне коробку. Развернулся, и захватив мои старые кеды вновь открыл дверь.

– Возвращаю долги. В коробке новые кеды без ненужных воспоминаний, – он уже шагнул за дверь и в самый последний момент обернулся и произнес: –заговорщицы.

5

Стоило Максу покинуть номер, как Велена тут же взяла меня в оборот.

Выдала кучу буклетов с экскурсиями, куда она уже записала нас. Судя по ним, почти всю неделю за исключением двух последних дней нам предстояло таскаться по экскурсиям. Помня о том, что меня постоянно контролируют, я больше не задавала не удобных вопросов подруге, стараясь полностью сосредоточится на отдыхе.

Морская прогулка, где меня укачало, дача Сталина и поход на 33 водопада, Олимпийский парк – немногое, что мне удалось увидеть. Было безумно жаль, что я так и не насладилась в полной мере Египтом.

Даже картина заката, которую я рисовала на крыше отеля с Максом, потерялась. Все складывалось так, словно не было никакой заграничной поездки.

В предпоследний день в номер зашел Макс с огромной коробкой от которой доносились странные запахи. Он зашел так легко, словно постоянно был здесь. Ещё неделю назад я бы засыпала его вопросами, а сейчас несмотря на то, что со временем вопросов стало больше, я молчала. Впервые в жизни мне было страшно.