Обжигающий след 1. Колдун

Попыталась сопротивляться, но юноша не ответил, лишь крепче прижал к груди. И Войнова уступила. Закрыв глаза, опустила голову на плечо новобранца. Сказал бы ей кто-нибудь еще месяц назад, что она будет льнуть к груди шкалуша, рассмеялась бы шутнику в лицо.

У лошадей Трихон спустил ее на ноги.

– Держитесь за Ватрушку.

Тиса почувствовала сожаление, когда твердая рука отпустила ее талию. Убедившись, что девушка стоит, шкалуш снял с седла Ватрушки рюкзак и принялся по-хозяйски в нем рыться.

– Вам надо переодеться, – сказал он, доставая из мешка Тисины старые штаны для лазания по скалам.

Затем под протестующее девичье мычание Трихон расстегнул пуговицы и стянул с себя солдатскую куртку, оставшись в нательной рубахе.

– Наденете это.

– Но...

– Вы это сделаете, если не хотите, чтобы я сам переодел вас, как ребенка, – пригрозил шкалуш и отвернулся.

Поглядывая исподлобья на спину юноши, Войнова стащила с себя мокрую одежду. Переодевшись в сухое, сразу почувствовала, как начала согреваться.

– Вам идет, – оглядел ее Трихон, повернувшись.

– О, только прошу без комплиментов, – вымученно улыбнулась Тиса. Сейчас она не краше солдата в окопе.

– Рад, что вы приходите в себя, – парень приблизился и снял с ее волос болотную зелень. Девушка опустила ресницы, боясь взглядом выдать свои мысли. Она старше на десять лет, а чувствует себя ребенком рядом с ним. Разве это нормально?

– Думаю, с клюквой на сегодня закончили, – шкалуш сложил мокрую одежду в свободный мешок и приторочил к своему седлу.

Прикрепив и корзинки с клюквой, Трихон сходил за пустой тарой, брошенной у топи. Тиса с тревогой дождалась его возвращения. Ноги плохо слушались, поэтому на Ватрушку шкалуш усадил ее сам.

– Можно отправляться в часть, – новобранец вскочил в седло Буя и потянул поводья, разворачивая лошадь.

– Нет. – Войнова представила свое появление на улицах Увега в мужской одежде, а еще лицо отца, если он вдруг заметит ее по прибытии. Это недопустимо. – Мы поедем к заброшенной мельнице, это недалеко отсюда.

Там можно одежду в реке почистить.

Немного попререкавшись, шкалуш сдался. Пока ехали к мельнице, девушка пришла в себя настолько, что смогла собрать мысли в кучку.

– Трихон, спасибо, – и тут же поняла, что повторяется. И когда она успела превратиться в говорящую ворону, каркающую за разом раз одно и то же? – Похоже, я продолжаю влипать в неприятности.

– Да уж, в этом вам постоянства не занимать, – шкалуш запалил самокрутку.