Обжигающий след 1. Колдун

– Я не должна была подходить так близко к Гартовой топи, признаю свою ошибку. Ты ведь меня предупреждал.

– Но разве такая храбрая девушка будет слушать кого-то?

Она поняла иронию и горько усмехнулась, вспомнив свой ужас, когда увидела это чудо болотное. Даже о ножах у голенища забыла. Да уж, храбрая мокрая ворона.

– Мне жаль, что вы пережили этот страх, Тиса Лазаровна. Эти места совсем не для милых барышень. Теперь особенно.

Она хотела было возразить, но промолчала. Что бы сейчас ни произнесла, это только слова: на деле же она оказалась не такая сильная, как ей представлялось.

Вскоре лес расступился и вывел их к Веже. Ее вольные воды здесь отличались бодрым течением. Старая мельница чернела над лукой реки. Колесо не крутилось, но время от времени поскрипывало под силой ветра и воды. Сквозь прогнившие доски мостка, ведущего к строению, светился бурлящий поток, и желание оглядеть постройку изнутри сразу пропало. Они расположились поодаль от мельницы у покосившегося сарая, заросшего терновником.

Пока девушка полоскала свое платье, шкалуш разжег костер и устроил что-то вроде сушилки: вбил две высокие палки и на них водрузил третью – перекладиной. Войнова повесила на нее одежду, затем вернулась к реке и разулась. Темная холодная вода клубилась водоворотами. Смыв с наслаждением грязь со ступней, Тиса решила отмыть и ботинки.

– Дайте мне, – парень бесцеремонно забрал у нее обувь. – Идите-ка лучше к костру, погрейтесь. Или давайте отнесу вас, чтобы ноги не пачкать?

– Ну уж нет, хватит меня сегодня таскать.

– Мне ж не в тягость.

Девушка смущенно улыбнулась в ответ. Затем по траве на цыпочках вернулась к огню и присела на сухое бревно, принесенное шкалушем из-под стрехи сарая, вытянула ноги. Как тепло! Костер горел ровно, горячо, с треском, словно давно разведенный. Войнова посмотрела на берег, где парень полоскал ее ботинки. Марика явно ошибалась в приоритете. На ее месте она выбрала бы не вэйна, а Трихона. А Филипп... Одним словом – колдун.

Парень вернулся, привязал мокрые башмаки на перекладину рядом с платьем и пропал в сарае.

Вынув из рюкзака узелок со снедью, Тиса развязала его. «Торопиться некуда, – подумала она, – а есть хочется так, что, будь у желудка руки, давно бы ложкой по стенкам колотил». Каравай хлеба, кусок свиного окорока, кислые огурчики. И даже настойка, про которую совсем забыла. Вот чем согреться-то можно! А она – балда. И пока шкалуш искал в сарае сухие дрова для костра, настойка была опробована.