Непростая история одного кота.

Я его слушал, но отказывался верить. Я только обрел надежду, что у меня будет семья, что у меня был сын. А тут вот как получается.

Всё рухнуло в один миг. Разрушилось как карточный домик.

Наверное и правда будет лучше, если Марфа всю мою силу без остатка заберет. Не нужна она мне, потерял я смысл. Только сначала я помогу Настюхе. За доброту нужно платить, всегда.

Глава 28

На меня такая апатия напала, что делать уже ничего не хотелось. Даже думал сразу к Марфе побежать и положить себя, целиком и полностью, и силушку свою колдовскую на алтарь её властолюбия.

Еще Настюха рогом, или даже двумя, уперлась в своего Владика. Не надо её спасать, говорит. Дуреха! У простых смертных жизнь короткая, никогда не знаешь в какой момент кирпич на голову прилетит или инсульт шарахнет, а она собралась львиную долю своих годков этому хлыщу отдать. Репутация у них, видите ли, пострадает. Так а кто в этом виноват? Так то Настя права. Влад и его семейка предлагают ей хорошие возможности и раньше я сам бы не раздумывая согласился. А теперь....

Вот смысл мне свою силу возвращать? С новыми технологиями людей уже ничем не удивишь. Ведьмы настолько осмелели, что во всяких шоу снимаются и в открытую людям по ушам ездят. Я, если же посмею, свои трехсотлетние планы воплотить, сгнию в какой-нибудь лаборатории под светом тусклой лампочки. Ну уж нет! Лучше инквизиция и костер!

Подруга дней моих суровых пришла в себя не скоро. Знатно выспавшись она то и дело поглядывала на меня, даже заговорить пыталась, правда предварительно потыкав в меня черенком от швабры.

Бедная! Слишком уж психика у нее неустойчивая. Значит, всякие ведьмачьи битвы она смотрит, еще и смс-ки отправляет на голосовании, а живого, а самое главное - настоящего ведьмака рядом увидела и всё, тю-тю здравый смысл. Да уж, потерянно поколение.

Я не обращал внимания на провокации Насти к диалогу. Нафиг оно мне надо? Опять шлепнется в обморок, а мне потом с пустыми мисками барыню жди, пока покормить изволит. Нет у, проживу свою последнюю неделю в здравом уме и твердой памяти, как истинный властелин этого мира: в мире, спокойствии и благоденствии.

К вечеру барышня моя совсем поплыла от тревог душевных, сгоняла в Кузьмичу за наливочкой, да полезла на чердак за семейными альбомами. Пригубив пару граненных, она стала рассказывать мне о своем детстве, о первой любви, об отце, по которому так сильно скучает.

- Я не могу показать тебе картинки из моего прошлого, но могу рассказать.