Когда плачут драконы

– Хваста! – легко выдохнула она и потянула Вилхе к себе…

Глава семнадцатая: Эдрик

Джемма просто млела, глядя на Эдрика. Уезжал мальчишка мальчишкой, во всем старших слушающимся и их мнения по любому вопросу ждущим. А вернулся уверенным таким, самостоятельным. Джемму с ходу отругал за то, что она собой рисковала, но сделал это удивительно необидно и заботливо – так, что Джемме хотелось соглашаться со всеми его доводами и ни в чем не перечить.

А уж когда он перед Хедином за нее заступился, и вовсе на божественный пьедестал вознесла.

Хедин, конечно, не так чтобы очень усердствовал в обвинениях, когда Джемма рассказывала про Драконью долину и про выбор Арве. Но Эдрик вдруг прервал насмешливый монолог брата о вреде доверчивости к ясным розовым глазкам и заявил, что Джемма и так слишком много делает, чтобы еще оправдываться перед кем-то из-за неблагодарного дракона.

– Ты его притащил сюда, Хед, – не давая брату и слова вставить, продолжал Эдрик, – тебе и отвечать за него! А мы еще поговорим о том, какое ты имел право Джемму с чужаком отпускать! И я очень сомневаюсь, что тебе понравятся мои мысли на этот счет!

Джемме, несмотря на благодарность Эдрику за заступничество, в тот момент захотелось стать невидимой.

Ей казалось, что Хедин взбрыкнет от такого к себе обращения и объяснит брату его недопустимость самым простым способом – при помощи кулаков. Но Хедин только расхохотался и по-отечески потрепал Эдрика по голове. Эдрик раздраженно отшатнулся, но Хедина это ничуть не смутило. Он точно так же взъерошил кудри Джемме, из-за чего заработал от брата совсем уж сжигающий взгляд, и ушел в казарму.

Эдрик фыркнул и принялся приводить волосы в порядок.

– Ничуть не изменился! – проговорил он. – Ни капли серьезности!

В голосе его, однако, больше не было сердитости, только прежняя любовь к брату. И Джемма осмелилась на возражение:

– Может, и хорошо, что Хедин всегда шутит? С ним весело.

– Весело, – согласился Эдрик, но как-то так, что Джемма в это согласие не поверила.

– Вот только далеко не всем его шуточки по душе. А он меры не ведает.

Джемма нахмурилась. Она знала только одного человека, который постоянно цапался с Хедом, и упоминание его Эдриком резко испортило ей настроение.

– Ты об Ане своей печешься, что ли? – недовольно буркнула она. – Так не стоит за нее волноваться, она себя в обиду не даст.

На лице Эдрика появилось удивление, и Джемме очень хотелось надеяться, что оно искреннее.