Пламенный цветок

Леди весьма темпераментно принялись перечислять все заслуги барона, которые начинались от блестящих умений дрессировать собак, которыми Витор прославился ещё в раннем детстве, и заканчивая созданием собственной армия, ставшей едва ли не самой лучшей на Бэрлоке. Увлекшись этим представлением, Нэйдж всё чаще поглядывала в сторону раздувающегося от гордости Витора, который даже и не подозревал, что льющая непрерывным потоком лесть проявляла его истинную сущность: жестокого, амбициозного, не гнушавшегося нарушать законы негодяя.

Бэрлокские дамы оказались настолько глупы, что, распаляясь, выдавали всё больше опасных подробностей:

— Жаль, что вам так долго мешали показать себя в бою! — притворно вздыхала леди Яруна. — Как хорошо, что этот проклятый змеиный танец потерял свои силы! Теперь-то вы проявите себя, как истинный полководец!

— Без сомнений, благодаря вам наше королевство станет настоящей Империей! — выдала леди Гизелла.

— Уверена, вы сможете бросить вызов даже эльфам! — расчувствовалась леди Морана.

Этьен негромко кашлянул, но его попытка тактично остудить бэрлокский пыл осталась незамеченной. К счастью, подали десерт, и королеве удалось-таки перевести внимание гостей на угощение.

Время тянулось невероятно медленно: Нэйдж давно потеряла всякий интерес к подаваемым блюдам и угощеньям. Слушать бестолковую болтовню светских дам было выше всяких сил, но вновь развлекаться и дразнить барона она не стала. Продолжив осторожно наблюдать за ним, Нэйдж приходила к весьма печальным выводам.

Бедняжке Торине вовсе не показалось, и Витор вёл себя не просто хамски, а на грани дозволенного. Он столь бесстыдно продолжал пожирать взглядом её скромное декольте, что не оставалось никаких сомнений в его намерениях. Нэйдж мучили недобрые подозрения на этот счёт, и она уже подумывала, как намекнуть отцу и Этьену, что к ней не помешало бы приставить несколько стражников, но ни эльф, ни король не были расположены к беседам после торжественного обеда.

Едва за окном начали сгущаться сумерки, а подача блюд закончилась, Зарина и королева-мать отправились сопровождать гостей. Витор не стал дожидаться своего кудахчущего общества и, спешно откланявшись, умчался. Этьен почти тут же ускользнул за ним следом, так что Нэйдж успела увидеть только его исчезающую за дверью спину.

— О Вир! Какие же они шумные, — чуть слышно простонал король, поднимаясь.