Пламенный цветок

— Ваше Величество, — подскочила к нему Нэйдж, рассчитывая замолвить словечко об охране, но Бродерин совсем не был расположен к беседе:

— Даже не представляю, как к такому можно будет привыкнуть, — посетовал он.

— Мне бы пару стражников… — начала она, но её снова прервали:

— Ох, моё милое дитя, боюсь, у нас от этого обеда нещадно разболелась голова! — Бродерин устало потёр виски, явно пытаясь вернуть сознанию ясность, но, судя по затуманенному взору, не преуспел. — Мы можем отложить наш разговор до завтра?

Нэйдж заставила себя натужно улыбнуться и нервно огляделась в поисках кого-нибудь из прислуги, но обращаться к суетящимся лакеям не рискнула.

С беспокойством она направилась в свои покои, невольно подмечая, как мало стражи во дворце. Двое стояло у входа в столовую, ещё несколько — совсем юнцов — крутилось возле лестницы, но стоило подняться, как Нэйдж оказалась в полном одиночестве. Беспокойно оборачиваясь, она вышла в просторную полутёмную галерею, мысленно проклиная нерасторопную прислугу, которая не удосужилась зажечь хотя бы пару фонарей. Тени плотным занавесом клубились по углам, а тусклый свет едва освещал каменный пол. Нэйдж, ощущая нарастающую тревогу, прибавила шаг.

«Не будет же он в самом деле караулить принцессу в коридоре! Это же несерьёзно! Тут и стража не так далеко…» — нервно рассуждала она, но взбудораженное чутьё безжалостно разбивало эти доводы. От Витора не следовало ждать хитроумных планов: всё лежало на поверхности, и, самое печальное, тому решительно ничего не мешало! И стоило только ей зайти за колонну и на мгновение оказаться в полной темноте, как она тут же врезалась в чью-то грудь.

Резко отшатнувшись, Нэйдж с досадой подняла глаза на преградившего ей путь. Увы, то был не случайный стражник или слуга: перед ней оказался Витор и, судя по расплывающейся недоброй улыбке и опасному блеску глаз, заметным даже в темноте, он её явно ожидал.

— Принцесса Торина, куда же вы так спешите? — выходя из-за колонны на сумеречный свет, начал он с фальшивой любезностью.

— Извините, — неохотно промямлила Нэйдж, снова отступая назад. Голова стремительно просчитывала варианты: сбежать сразу или посмотреть, как далеко готов зайти нахальный барон?

— Хм, извинений мне явно будет маловато, — манерно растягивая гласные, заметил он.

Нэйдж скривилась, хамство барона откровенно поражало. Витор и не думал церемониться ни в речах, ни в поступках. Продолжая щериться в коварной улыбке, он неотвратимо надвигался.