Пламенный цветок

Этьен ощутил, как внутри поднимается волна гнева. Он просто не мог спокойно смотреть на то, как Нэйдж касается своими нежными губами кого-то другого! А кокетка-волшебница, словно назло, не спешила отрываться от подлого барона. Поцелуй явно затянулся, и Этьен уже готов был раскрыть себя, когда Нэйдж, наконец, отпрянула от Витора.

— Ну вот, теперь ты доволен? — обольстительно облизывая губы, с придыханием произнесла она, а затем её взгляд устремился вниз, и на лице возникла похабная улыбка. — Вижу-вижу. Готова поспорить, я лучшее, что встречалось тебе в твоей ничтожной жизни!

Хохотнув, Нэйдж спрыгнула на землю и, ещё раз лукаво поглядев на барона, весело помахала ему рукой.

— Не скучай! — попрощалась она и вновь вприпрыжку направилась обратно к своему окну.

Он нагнал её у самой лестницы и то лишь потому, что Нэйдж задумчиво закрутилась в поисках спящего мальчишки. Барта и в самом деле не оказалось на месте.

«Неужели маленький пройдоха уже проснулся и улизнул куда-то?» — подумал Этьен, поглядев на окно принцессы: там тускло горел фонарь в ожидании хозяйки.

Однако Сэлины нигде не было видно. Этьен счёл это удачей: он не желал бездумно раскрывать истинную личность принцессы. Дело явно было сложным и требовало хорошенько во всём разобраться, а не поступать импульсивно. И всё же он не смог устоять, позволив себе одну слабость:

— Давно не виделись, Нэйдж! — Подкравшись, Этьен сжал её в своих объятьях. Он нарочно подобрался со спины, чтобы застать врасплох.

Нэйдж невольно вздрогнула и попыталась применить какое-то заклятье, но Этьен успел установить магический щит.

— Ловко же ты меня одурачила! — прошептал он ей на ухо.

— Я не понимаю, о чём вы говорите… — слабым голосом проговорила она, замерев в его объятьях. — Принц Этьен, вы с кем-то меня перепутали?

— Перепутал? — хмыкнул он и бесстыдно стянул рукав лёгкого платья, обнажая татуировку. Нэйдж тут же забилась, пытаясь вырваться, однако Этьен держал крепко. — Даже не надейся сбежать в этот раз! — С этими словами он припал к её шее жаркими поцелуями.

Её близость сводила с ума, а вырвавшийся у неё сладостный стон и вовсе затуманил разум. Этьену было решительно наплевать, что они в парке под окнами покоев принцессы, и это далеко не самое лучшее место, чтобы предаваться страсти. Однако чувства, накалённые до предела, требовали выхода, и он просто не мог остановиться. Его губы продолжали жадно ласкать шею, переходя к оголённому плечу.

— Этьен эн Ламар! — как гром среди ясного неба раздался голос жены.