Предначертанная луной

Марселу, так и не разжимая кулаков, поплёлся за хот-реймом, и лишь когда они, вместе со страшим поколением, покинули столовую, стало будто бы легче дышать.

— Прошу простить моего сына за несдержанность, — с милой улыбкой попросила эм-рейм. — Когда дело касается его друзей, он порой позволяет себе излишне горячиться!

— Нам всем стоит посочувствовать эр-хоту, — покачала головой Юфемия. — Непросто оставаться в стороне, когда верный друг в опасности, даже если понимаешь, что вмешательство принесёт лишь больше проблем.

— Ах, Ваше Высочество, вы так умны! — восхитилась эм-рейм, и тут же покосилась в сторону Торины. — Не то что некоторые, которые не осознают последствий от своих необдуманных речей!

— Эм-рейм Милора, думаю, не стоит винить во всём Её Высочество Торину, — внезапно вступилась Юфемия. — Это был волнительный вечер, и любой из нас едва ли удалось сразу же понять, как следует поступать и что говорить!

— Умение держать язык за зубами вообще-то тоже добродетель, — хмыкнула Эмелитта.

— Но, увы, не все смогли ей овладеть!

— Вот уж действительно, не все, — ехидно согласилась Лоубэлика, не скрывая своего пренебрежения к рыжеволосой сопернице.

Торина опасливо наблюдала за разыгравшейся перепалкой. Она ощущала себя глубоко виноватой: её неосторожные речи заставили Марселу переживать и вызывали такой переполох! И почему от неё так много проблем?! Острое чувство собственной ненужности пронзали её насквозь. И почему она только не утонула в том самом источнике? С ролью младшей принцессы прекрасно справилась бы возлюбленная волшебника, а Юфемия, как ни посмотри, идеальная партия для эр-хота.

Так зачем она здесь?

Эти мысли продолжали крутиться в голове Торины всю дорогу. Она без устали корила себя за невнимательность и опрометчивость. Уж лучше бы ей молчать, как раньше!

«Ну почему я всё делаю невпопад?» — едва сдерживая слёзы, спрашивала себя Торина. Её будто преследовал злой рок, приводящий каждый шаг к новым бедам. Она уже не знала, как ей быть и на что опираться.

Её умозаключения всё ещё отличались наивностью и несерьёзностью, а интуиция не раз предавала, потому, когда ей, понуро следующей за служанками и продолжавшей истязать себя, вдруг показалось, что кто-то за ней следит, Торина не придала этому особого значения.

«Здесь темно, потому мне просто страшно», — попыталась успокоить себя принцесса, но не преуспела в этом. Чувство, будто она оказалась под прицелом, только росло.