Тень ее высочества (II)

В который раз забываю, что я никто. Хэмелл-полукровка, недоученная магичка, беглая жрица Судьбы. Стоит чаще напоминать себе об этом, вдруг поможет совершать меньше глупостей.

«Эва, нарисованная тобой картина слишком самокритична», — возразил виновато телохранитель, но я не нуждалась в его жалости.

«Молчи, ничего не говори. Ты прав, спасибо, что вернул в реальность».

— Эва, у тебя связаны руки? — спросил Юлиан.

— Да, а что?

— Жаль, — огорчился следопыт. — Перед тем как заковать в хианит, оружие у меня отобрали, а полный обыск не провели.

Хотелось бы вытащить один артефакт и спрятать под постилку, возможно, удастся его сохранить.

А ведь и мне есть о чем переживать. Оставленное в пеленках кольцо — главная зацепка в поисках матери. Если его отберут, я упущу единственную возможность отыскать свои корни.

— Агграссец неглуп, шансов, что он не станет нас больше проверять, мало. У меня тоже есть вещица, которую хочется сберечь. Будь у меня возможность снять кольцо с нитки, я бы его проглотила, а потом выплюнула, когда опасность обыска миновала бы.

Маг издал смешок:

— Хорошо владеть своим телом в такой степени. Кстати, мой артефакт тоже украшение, это серьга в ухе.

После недавних событий я, кажется, возненавижу драгоценности! И особенно серьги.

— Послушай, Эва, мы можем помочь друг другу. Я перекушу нитку и передам тебе кольцо губами, если ты вытащишь мой артефакт.

Предложение заманчивое. Только вот неизбежная интимность подобных действий вызывает протест. В ночь нападения манников Юлиан сделал вид, что поцелуя, спасшего его, не было, а я в свою очередь притворилась, что его вспышка страсти не имела значения.

Ладно, что мне не свойственно, так это ханжество. Перекатившись по убогому матрасу в пробном движении, убедилась, что связанные конечности ползти не мешают.

— Ты можешь хоть как-нибудь передвигаться? Тогда ползи мне навстречу, ориентируясь на голос.

Перекатываясь по холодному каменному полу, мы приближались друг к другу. Грэм, беззлобно похохатывая, обозвал нас гусеницами-паралитиками.

Тихонько ругаясь, я оказалась возле мага, поставив себе парочку синяков. Прижавшись, несколько минут мы отдыхали, а потом попытались принять наиболее подходящую позицию.

— Ляг на меня, так будет удобней. Сначала ты сверху, потом я, — серьезно предложил Юлиан, но я видела в темноте, как его рот растянулся в хулиганской улыбке.

— Оставь свои шуточки на потом. — Сердиться сил не осталось, и я, смолкнув, заползла на следопыта.