Призрак на побегушках

Пока не ушли достаточно далеко по торговой улице, вайслена держала себя гордо и молчаливо, но как только представилась возможность, она тут же решила заглянуть в лавку с подмоченной репутацией.

Оставив сопровождающего у входа, Рейлинн уверенно толкнула дверь, и Вэлл не оставалось ничего другого, как последовать за ней.

Тонкий аромат роз тут же взял девушек в мягкие объятия. Светильники приглушённо освещали коридор, оббитый красным бархатом. Вайслена, сверкая любопытством и предвкушением в синих глазах, ринулась по нему, Вэлл же, усмехнувшись, прикоснулась к мягкой обивке и не спеша двинулась следом.

Похоже, хозяйка этого места вполне логично рассчитала, что от старой славы ей не отмыться, и решила обратить её себе на руку. В конце концов, чёрный пиар – тоже пиар.

– Вайслены, приятно видеть вас в нашем небольшом ателье. Меня зовут Ловелла, – грудной голос уже не молодой, но всё ещё красивой женщины встретил их в полумраке, – позвольте проводить вас…

Она не стала спрашивать имён и родов, только оценивающим взглядом прошлась по элегантному, но неброскому наряду Рейлинн, по украшениям тонкой работы и, конечно, по фирменному выражению лица родившейся с золотой ложкой во рту девушки.

– У нас вы сможете найти самое лучшее бельё. Говорят, во всём нашем королевстве нет более тонкой работы. Это я слышала от довольных клиенток, что специально приезжали к нам из столицы.

– Надо же! – вайслена, улыбаясь, посматривала по сторонам, ища тот самый запретный плод, о котором шептались замужние знакомые.

– Прошу, присаживайтесь. Малена, принеси прекрасным вайсленам чаю и наши журналы.

Женщина привела их в, на удивление, светлую просторную комнату. Нежно-персиковые обои, хрустальные светильники и белоснежная мебель создавали ощущение девичьего будуара.

Рейлинн слегка разочарованно вернула взгляд женщине, и вот тут ей повезло. Ловелла была хороша. Её яркие фиолетовые волосы ни в коем случае не затмевали пышных форм и тонкой талии, а какие выразительные черты лица!.. Вэлл отметила это сразу, как и то, как ловко женщина считывает людей и эмоции.

Она словно сонастроилась с вайсленой и изящно зеркалила её движения, выводя ту на нужные ей эмоции.

Сама Вэлл не представляла для неё особого интереса, обе женщины поняли это сразу, обменявшись одинаково расчётливыми взглядами. Но это не отменило того факта, что девушка с трепетом взялась за модный журнал, где на прекрасных моделях были изображены всевозможные варианты кружевного безумия.