Призраки завтра

Шисан шагнул в вертящиеся двери и направился к лифту, затаив дыхание и считая про себя медленно, от ста в обратном направлении. Девяность девять. Девяносто восемь. Девяносто семь. Девяносто шесть.

Его не остановили. Никто не задавал вопросов, что он тут делает и к кому направляется. Никто не указал, что часы неприемные.

Шисан шагнул в лифт.

- Третий этаж, - сказала шаманка. - Если верить плану, то от лифта — налево, снова налево, и ты у палаты.

Шисан нащупал нужную кнопку.

Стоило лифту тронуться, и его пространство затопил холодный туман, говорящий о том, что Шисан тут не один.

Он всегда притягивал призраков, и сейчас они приблизились, любопытствуя, кого это занесло к ним. Кто настолько дерзок, чтобы гулять по грани и прикидываться местным.

- Я тут не ради вас, - тихо сказал Шисан, складывая пальцы в защитную мудру. Удалось это не с первого раза, и мимоходом он подумал, что следует больше тренироваться.

Призраки, помешкав, отсутпили. Лифт остановился, двери открылись с тихим звуком.

От лифта налево и еще раз налево.

Палата триста шесть.

Снова вдохнув поглубже, как перед нырком в пропасть, Шисан толкнул дверь.

Бип-бип-бип — поприветствовали его медицинские приборы.

* * *

В палате было темно из-за опущенных жалюзи. Горела одна только лампа в изголовии кровати, и ее свет вопреки всему резал глаза. Двигаясь наощупь, Шисан добрался до постели, едва не свалив по пути столик с какими-то приборами и инструментами. Послышался резкий металлический звук, и у него душа ушла в пятки, однако, в палату никто не ворвался.

Должно быть, звук этот показался громким ему одному. Продолжая двигаться так же осторожно и неуверенно, Шисан добрался наконец до кровати и нащупал руку Ятоу — Лю Ли — прохладную, но живую, опутанную проводами и трубками.

Нужно вытащить пробку и поднести флакон к ее лицу, чтобы запечатанный в нефрите дух вернулся в принадлежащее ему тело, а затем произнести имя. Тогда три главные сущности сольются в одну. «Это и с мертвецами работает, - хихикнул Ли Лай, отдавая флакон.

- Но немного другим образом». Шисана передернуло. Такие, как Ли Лай — беспринципные и жадные, готовые ради денег на все, даже на самые темные деяния — пугали его с детства. Они вдобавок были, как правило, отчаянными трусами, хорохорились до поры и убегали, едва только начинались неприятности. Последствия их необдуманных действий разгребать приходилось другим.

Лю Ли, напомнил себе Шисан, выкидывая колдуна из головы. - Сейчас важна одна только Лю Ли.