Чародей и Чудовище

Марта обрадовалась его рединготу стократ сильнее, чем роскошному платью, сотворённому феей. И немедленно в него закуталась.

Крёстный по-прежнему стоял отвернувшись. Сделал глубокий вдох, по-дирижёрски взмахнул руками — и просторный редингот сжался, туго обхватил девичий стан, превратился в платье. А на ногах Марты оказались туфли — почти такие же, какие она носила дома. Или даже те самые.

— Нужно ли что-нибудь исправить? — спросил крёстный башенную дверь.

— Нет-нет, всё превосходно! — откликнулась Марта и подошла к нему.

— Можете сами удостовериться.

Крёстный наконец вновь посмотрел на Марту. И от его взгляда она зарделась так, как не краснела, когда на ней из всей одежды была лишь сорочка.

Вдруг лицо крёстного исказилось мукой, а на камнях под его ногами что-то шевельнулось. Ах, нет, это была всего лишь его тень...

— Что с вами?!

— Ничего... Ничего. Чудовище близко. Я чувствую его тьму. Пойдём же скорее, нельзя терять время!

И они помчались вниз по головокружительной лестнице.

Глава 7.

Битва на Змеином поле

Увидав короля, Марта мимолётно поразилась самой себе: как она могла хоть на мгновенье перепутать его с крёстным? Пусть даже они были близнецами, господин Турмерфледер был гораздо милее Его Величества.

Крёстный коротко поклонился, Марта присела в реверансе. Король шагнул им навстречу:

— Людвиг, возлюбленный брат мой! Принцесса! Я сказал бы, что счастлив встрече с вами; но в таких обстоятельствах... Молю, поспешите к Северным воротам, сыновья и рыцари ждут вас.

Король, невзирая на свой высочайший статус правителя волшебной страны, лично проводил их и долго, долго махал вслед. Он сам был победителем чудовища, как его отец, его дед, его прадед... И он знал, что кронпринцы всегда побеждают. Что сын с детства готовился к предначертанному сражению.

И всё же будь его воля, он не желал бы того, что должно было случиться.

Осёдланы и запряжены были лучшие кони, белые как жемчуг и золотистые как рассвет; они били копытами, мотали головами с искусно заплетёнными гривами, нетерпеливо ржали, призывая скорее отправиться в путь.

Доспехи рыцарей были так отполированы, что в них можно было бы посмотреться как в зеркало, если только на глазах не выступят слёзы от их ослепительного блеска. Багряно-золотые знамёна танцевали на ветру как языки пламени.

Нарядным — но нерадостным был отряд, направившийся от блистательного королевского дворца к мёртвому Змеиному полю.

Во главе отряда был принц Зигфрид.