Лилиан желает удачи

Вот что значит — из разных миров.

— А если ты находишься далеко от семьи, — настойчиво пытаюсь убедить жрицу, — то этот артефакт поможет держать связь друг с другом.

— Письма как-то привычнее, — она невозмутимо пожимает плечами.

После этих слов я понимаю, что дальше разговор вести не стоит. Беатрис уперлась и ничего новое принимать не будет. Я уверена, что через какое-то время эта «болтушка» будет у каждого жителя королевства. Потому что это удобнее чем письма! Только упертым девочкам, цепляющимся за прошлое это пока не понять.

— Ладно, у меня есть еще вопрос, — спрашиваю я, мысленнно отмахиваясь от своего негодования, — ты сказала, что обычно маги пользуются этим артефактом, тогда откуда он у тебя?

— Да Исаак подарил, чтобы разговаривать со мной и днем, и ночью, — с раздражением отвечает Беатрис. — Наивный.

— Я так понимаю, ты ему ни разу не ответила.

— Да.

Смотрю на девушку с укором, и мне становится жаль бедного паренька. У него был такой влюбленный взгляд, когда упомянул жрицу. Да и в целом он кажется добрым и простым человеком.

Но с другой стороны, Беатрис же не виновата, что он ей не нравится... Хотя! Она же даже шанса ему не дает. Так что в чем-то она виновата.

— Отвечу, — едва слышимо произносит она, повернув голову в обратную от меня сторону.

Поднимаю брови и с удивленно раскрытыми глазами осматриваю девушку. Это точно она сказала? Мне не послышалось?

— Что? — высокомерно приподнимает бровь Беатрис и начинает осматривать свои ногти. — Он не так уж плох, как остальные тараканы, что ползают вокруг меня.

— Так значит у тебя много поклонников?

— Вообще-то внешне я красива! — уверенно усмехается она, а я и не спорю. Она привлекательная, это уж точно. Идеальный блонд, миниатюрный носик, пухлые губы... Ну красотка же!

Беатрис замечает на столе мою «болтушку», и, взяв в руки безо всякого разрешения, стучит своим камнем о мой.

— Теперь ты можешь связываться и со мной, — ставит перед фактом меня жрица.

***

После ухода Беатрис я решаю наведаться к Винсенту. Во-первых, я голодная! За разговором с жрицей мне не хотелось есть, но сейчас желудок дает о себе знать неприятным болезненным ощущением.

А, во-вторых, одной мне скучно и одиноко. Да и надо бы решить, что нам дальше делать.

Открываю входную дверь, которая не заперта на ключ. «Заходи, кто хочешь!». Нельзя же держать двери нараспашку. Надо напугать мальчика. Тихо крадусь по направлению к шуму, исходящего с кухни.

Спиной ко мне стоит Винсент, что-то жарящий на сковороде.