Мия и голем

Как ни странно, ими оказались моя маман и… голем Ррон!

Ух, да я везучая сегодня!

Правда, посмотрела в глаза Анне и в корне поменяла свое мнение.

– Мия, ты что здесь делаешь? – Но слушать меня она не стала, продолжая допрос: – И почему ты не отпустила голема, почему он шатается по нашему залу в поисках тебя? Он что, всё это время тратил твою энергию? Так вот из‑за чего ты хлопнулась в обморок, да?

– Ма… – завыла я и кивнула в сторону Леофреда.

Да уж, неудобно получилось. Теперь еще и он подумает, что я какая‑то неумеха, не могу отпустить голема.

Эх…

Осмелилась покоситься в сторону друга детства, точнее, бывшего друга. А он стоит весь такой изумленный и пялился на моего Ррона. Невольно захотелось закрыть его от очередного любопытного. Что и сделала, кстати, вот только мамуля продолжила упорствовать:

– А ты никак не угомонишься? Сбежала поступать, да? Что ж, хорошо. Видимо, хочешь, чтобы дом Эдани от тебя отрекся?

– Никто ни от кого не отречется, дочь, – бабуля крикнула из ложи ректора.

– Или мне припомнить все твои поступки, Анна?

– Ма, и ты здесь? – подняв глаза, которые сейчас напоминали по цвету морскую пучину, мамуля отошла от меня на пару шагов и обернулась к трибунам, выискивая Лиору взглядом.

– Да здесь я, здесь, – проворчала ба в ответ. – Не мешай внучке проявить себя, а все прения оставим на потом. Я слишком многое поставила на кон, чтобы отступить.

Мама изумленно открыла и закрыла рот, перевела взгляд на меня и нахмурилась. Эдакая повзрослевшая я, правда, негодующая.

– Ну всё, голем твой здесь, Мия? – крикнул дед Леофреда, он же ректор. – О прекрасная Анна, не будете ли вы так любезны покинуть арену и предоставить дочери возможность попытать удачу?

– К удаче мой выигрыш не будет иметь никакого отношения, – проворчала я, косясь в сторону Лео. А тот уже присел на корточки и приложил ладони к начерченной мелом на камне призывающей печати.

Мне притом осталась малость, понять, как отдать приказ Ррону. Обернулась к нему и посмотрела прямо в глаза.

Вздрогнула в очередной раз, глядя на черные как ночь глазные белки и зеленую радужку. Ведь если бы не это и отсутствие нательных кристаллов, его вполне можно было бы назвать кристаллиском.

– Ррон, – позвала я, смущаясь. Странный природный магнетизм моего голема заставил покраснеть, а сердце учащенно забиться. – Пожалуйста, помоги мне поступить в академию, прошу…

Но голем стоял молча, вытянув руки по швам, и не двигался.