Встань со мной на крыло

Целительница только кивнула и проводила Латширри. А та, взглянув на свою маленькую, отважную пациентку коротко попросила:

- Разберись в себе и прими решение. Только так ты обретешь мир.

Дейдре выдавила из себя улыбку и, помахав рукой улетающей драконице, вернулась в дом. Принять решение, она покачала головой, легко сказать. На раздумья ей понадобилось еще несколько дней. Все это время, с того момента как Наирна и Дейдре вернулись на плато, Эйринн был рядом. Как будто он был мужем, а Дейдре женой.

И вот когда сердце начало рваться на куски, а целительские силы пропадать – вот тогда она решилась. И вспомнила слова Эйринна. Нельзя лгать. А она заигралась. Заигралась в семью – мама, сыночек и папа. Тогда как выбранный ею «папа» чужой возлюбленный. Но что еще хуже – он и любит совсем иную драконицу.

- Магия не прощает лжи,- грустно произнесла Дейдре.

Целительница вышла на крыльцо, бросила короткий взгляд на алеющее небо и вернулась в дом.

Наирна, отказавшаяся уходить после того как дракончик назвал ее бабушкой, спала в комнате малыша. Церемония Имянаречения должна была произойти только через год и Дейдре уже порядком придумывать сыну прозвища.

- Наи, я отойду ненадолго,- целительница погладила драконицу по плечу. – Каша с персиками томится под крышкой, наш непоседа скоро проснется.

- Иди, милая. Мы тут справимся.

Дорогу до дому Эйринна Дейдре могла пройти с закрытыми глазами. Дракон обещался прийти к завтраку и целительница была решительно настроена попросить его не приходить.

Никогда.

Эйринн был во дворе – что-то мастерил из досок, рядом стояло несколько банок с краской. Увидев Дейдре, дракон вскочил на ноги:

- Что-то случилось?

- Нет,- покачала головой целительница,- по крайней мере, не сегодня.

- Есть хорошие новости,- дракон потер подбородок,- не слишком хорошие, на самом деле. Ты оказалась права, дракониц находили именно по дарам. Не представляю чем это обернется.

Особенно учитывая Туаттара.

- Не принимать подарки от людей,- пожала плечами Дейдре. – Ты мог бы больше не приходить к нам?

Эйринн неверяще обернулся. Целительница смотрела в сторону, на бледных щеках не было румянца.

- Почему?

- Прости,- она опустила голову,- но я люблю тебя. Не как друга. Это бесчестно по отношению к чужому жениху, чужому любимому. Когда ты играешь с моим сыном мне сложно, очень. Я вру сама себе и от этого теряю силу.