Лети, перышко!

Девушка сдвинула его ногтем, пытаясь рассмотреть название крохотной точки.

Молодой парнишка скучалза кассой книжного отдела и украдкой разглядывал немногочисленных посетителей. К нему заходили нечасто, покупали еще реже, в основном открытки с видами города.Девушка с большим рюкзаком увлеченно листала туристический справочник. Продавец наблюдал, как она осторожно переворачивает страницы, не глядя копается в сумочке… Уронила книжку на прилавок… черт, только б не порвала…Разглядывает чего-то…

Девушка с рюкзаком вдруг подскочила как ужаленная и почти бегом кинулась к кассе, бережно прижимая к груди добычу.

Парень удивленно покосился на нее: он еще не видел, чтобы покупатели так счастливо улыбались,приобретая туристические путеводители.

* * *

В поезде было уютно и как-то по-домашнемуспокойно. После изматывающих сомнений последних дней, судорожных попыток разобраться в огромной паутине станций и направлений, после суматошных метаний на вокзале между кассами ближнего и дальнего следованияАлена наконец почувствовала себя счастливой и умиротворенной.

Она сидела на своей полке и с наслаждением откусывала по кусочку от теплого пирога с лимоном, запивая его горячим сладким чаем. Стакан с тяжелым серебряным подстаканникомприятно грел руку. Солнце потихоньку клонилось к горизонту, рассеивая теплые золотистые лучи среди розоватых берез. Алена смотрела в окно и думала от том, что теперь в ту бесконечную паутину дорог и путей вплелась и ее тоненькая ниточка.

Людей в вагоне было немного.

Те, кто с детьми ездили на лето в деревни или на базы отдыха, уже повозвращались, а кто по делам — предпочитали скорые поезда, пролетающие сотни километров без остановок. Этот же поезднеспешно плыл сквозь последний летний вечер от одной станции к другой, даже маленькой — вроде той, что значилась конечным пунктом в Аленином билете.

Плавно наползла ночь. В вагонах выключили свет, стихли негромкие разговоры. Но Алена все еще сидела, рассматривая в окно ночное небо. Где-то в нем падали звезды, а по ту сторону Млечного пути переливалась маленьким ожерельем россыпьПлеяд.

* * *

Следующим утром Алена с колотящимся сердцем ступила на перрон. Так вот ты какая, таинственная Брусвянка…

Ничего таинственного — как, впрочем, и вообще необычного — вокруг не наблюдалось. Деревянное,чуть-чуть облупившеесяздание вокзала. Утоптанная пыльная дорога ведет куда-то вберезовую рощицу. Наверно, нужно идти по ней — других-то все равно не было.