Мой Пилигрим

А Тактио, уже успокаиваясь и даже смеясь от облегчения, все прижимала меня к себе, не желая отпускать.

— Я так люблю тебя, мой пилигрим.

Не то что голосом, а даже в мыслях своих я не смел ей ответить. Ибо мы два существа, разделенные навек и природой своей и сущностью. Может и любила она меня сильнее, чем любила бы пса, но все же не как человека.

ЧЕСТЬ ВТОРАЯ Глава 26 Сироты

Сироты

Водитель фургона высадил меня насколько мог близко к дому – на лучевой улице. Ваниль пожертвовал шапкой, нашел где-то старый залежалый отрез покрывала, укутал, чтобы хоть как-то могла сохранить тепло, пока добиралась до дома, и я в таком виде плелась во двор и к подъезду.

Хотелось орать. Эмоциональное отупление соседствовало с этим желанием – закричать в голос, во всю силу легких, в небо! Но я молчала. Вышагивала не по тротуару, а напрямки – по газону, пересекая внутренние дороги и площадки, шаг за шагом. Поднялась на чердак, достала из тайника запасной ключ и попала, наконец-то в квартиру.

Сначала дело. Что бы ни произошло, ни одно потрясение не способно меня заставить забыть о некормленых коте и собаке.

Кот уже не давал прохода, а Пан чуть ли не на задних лапах прыгал. Я обещала вернуться быстро и обернулась в два счета, забрав из холодильника более-менее свежий запас еды.

— Рыжун… — Тот как всегда не собирался есть сразу, а, словно чувствуя мое настроение, так и терся о ноги. — Да ты же голодный, зверюга. Вон, пузико впалое, иди ешь, а я тебя подожду и с собой заберу.

Казалось, что весь день до прочтения рукописи – случился очень давно и даже не со мной.

Развернувшись к слуховому окну, приоткрыла пошире створку, пытаясь мысленно увидеть, как в центре города, над кронами парка возвышается Черный Замок с самой высокой башней Колдовства, и из маленького темного окошка за мной точно также наблюдает мой пилигрим.

А мой ли?

А вдруг, и вправду наблюдает, пользуясь своими колдовскими глазами, и уже не кукла, а человек. Тот, что отказался от имени, а прозвание «пилигрим» сократил до Грима. Как давно он расколдован?

Я не знала, как жить с узнанным.

И… где искать продолжение? Ведь это – не все! Ветер должен помочь, он – союзник, друг! И рукопись ценна не только тем, что с ее страниц говорит Безымянный, рассказывая о своей иной жизни, но и тем, что открывает тайну легенды.

В одном была уверена – та Тактио мертва, лежит в известной мне могиле. Я, судя по открывшимся способностям, — ее перерождение или наследница. Потомок вряд ли, детей у девушки нет, не было в смысле.