Мой Пилигрим

На миг задрала голову, поняв, почему я вдруг так хорошо могу все рассмотреть – опять луна сияла серпиком сквозь влажный туманный воздух, обливая светом наш пятачок, как сцену в театре. Так может снова рядом он - Грим? Бросила взгляд по сторонам, - никого.

Двое парней синхронно сделали шаг ближе. И снова встали в нерешительности.

А! Так они меня тоже рассмотрели, вот в чем причина! Поняли, что я девочка не простая, у меня «ордена за отвагу» на лице висят. Драться по-настоящему не хотела. Разойтись бы.

С людьми, это не как с собаками, тут нападающие могут изменить свои планы, когда увидят, что визга, писка и слез не будет, а грызться до смерти – это точно! Скинула сумку, на чуть-чуть передвинула правую ногу, чтобы встать устойчивей. Хмыкнула с издевкой, даже с ленцой, сказала:

— Ладно робеть. Решили пригласить на танец, подходите ближе. А нет, гуляйте куда гуляли.

— Тио… Тио…

Мари с таким ужасом в голосе произнесла мое имя, что пришлось скосить на девушку глаза.

Отец ее что ли скончался? Но та смотрела не на него, не на меня, не на парочку казематных, а в сторону, и подняла дрожащий пальчик, указывая еще конкретнее.

Мужчина был далеко, и пока читался черным силуэтом на фоне неосвещенных серых домов. Очень внушительный, огромный, широченный, и походка тяжелая. Внезапно от него, как вонь, на несколько метров вперед распространилось ощущение неминуемой физической расправы. Как будто на пути встал медведь-людоед.

— Слуга… Слуга… ты чувствуешь, Тио?!

Мари совсем сдавлено заверещала, и я очень даже поняла, о чем она.

Не человек. Сгусток насилия и смерти. Слова о жирной старухе, которую новенькая видела в Трущобном районе, вдруг обрисовались мне реальной картинкой и можно было догадываться, какая аура шла от повелительницы псов…

Если это – Слуга, живыми не вылезти.

Трепет, естественно, погладил меня по всем внутренностям, и даже по позвоночнику холодным пальцем прошелся, но я встряхнулась. Не, не умру.

Где тигр, там и медведь. Когда в зубы первому попала, тоже думала, что все, это конец. А вышло наоборот!

— Владелец твой что ли? — Кивнула я раненому парню, отметив с гордостью, что голос не дрогнул. — Внушает. Вы, наверное, дружно все на колени падаете, когда он вас за поводок дергает?

Молчание, но в глазах что-то мелькнуло. Блеск ложной самоуверенности, блик из-под маски, скрывающей лицо раба или пленника чужой воли. Даже жалко стало.