Мой Пилигрим

А, может, они на самом деле хорошие парни? Как те собаки – добрые псы?

Я облизнула сухие губы и свистнула, призывно махнула ладонью:

— Эй, животное! Быстрее идти нельзя? Мы тут, походу, все тебя ждем!

Мари тихо-тихо заскулила и сжалась в комочек рядом со своим слабо стонущим папой. Всю одежду изгваздала. Съежилась, как мышка, желая исчезнуть. Но все равно храбрая – не вскочила и не побежала. Отступать ведь есть куда – дальше по улице, можно на помощь звать, хоть никто в своем уме не выйдет.

Можно только себя спасти, было бы правильно.

И я дура. Куда меня несет? Зачем хамлю? Трепет ушел, и ни отголоска холода его больше не чувствовала. Наоборот, приятное тепло и ровный стук сердца, щеки погорячели от удовольствия и гордости. Из всех силенок – стальной коготок ножа, а от монстра не убегаю…

Когда в спину дунул ветер и захолодил макушку, я увидела, как разом замерли все три противника – двое ближних, теперь казалось, что их и в расчет брать нельзя, так, мальки, и тот – дальний.

Обернулась, уверенная, что увижу Безымянного! Увижу его - Грима!

Но нет – пусто. Только серые плоские тучи еще больше разошлись, да ветер усилился. Хорошим порывом рванул!

Лица громадины так и не увидела, все отступили и растворились в темноте и все больше густеющем тумане. Порыв ветра его местами разогнал, но, едва утих, клочья опять поползли. Не только земля взопрела от влаги и потеплевшего воздуха, но и я. Выдохнула, стянула шарф с шеи и убрала нож в сумку обратно.

Зря только ту на землю бросала – испачкала.

— Как там твой отец, живой?

— Да…

Отдала шарф:

— Подложи ему под голову аккуратно, сильно не ворочай – мало ли, переломы или внутреннее кровотечение. Ждем Медичку.

— Тио… — Мари заплакала. — Ты ничего не боишься! Ты прогнала его!

— Не выдумывай. Ни ты ни я не заметили что-то, что на самом деле заставило уродов уйти. Повезло просто.

Глава 4 "Три шкуры"

Узнать, что же случилось с отцом Мари, кто именно на него напал – те самые, что и на нас пытались, или другие, я уже не выяснила.

Дежурный на Медичке только и сказал: «черепно-мозговая», а подробнее, когда в больницу доставят. Несчастный показания не дал, отключился совсем и не стонал даже. Бедолага. И Мари вместе с ним бедолага – жалко идиотов. Надеюсь, что он выкарабкается и из Казематного съедут.

Еще вчера жизнь как жизнь, и только новости о чужих несчастьях мутили воду, да слухи о Слугах.