Ключ от всех дверей

Ян вздрогнул, будто что-то вспомнив, перестал улыбаться и отстранился от меня, сделав шаг назад.

— Извини.

Мне ничего не оставалось, как опустить очи долу, и сосредоточено рассматривать свои грязные руки.

О, боже мой, Федька!

Я испуганно вскинулась на друга: он смотрел на нас с изумлением папуаса, впервые в жизни увидевшего огнестрельное оружие в действии. Под глазом у него наливался хороший такой фингал. Отмерев, он одарил Яна подозрительным взглядом, выудил из лужи мою сумочку и, решительно схватив меня за локоть, потащил за собой.

Я резко освободилась из его захвата.

— Что тут произошло между вами? — всё-таки решила выяснить я.

— Мы не сошлись во мнениях в одном философском вопросе, — издевательски усмехнулся Ян.

— Да, по поводу одного места из писаний Блаженного Августина, — поддержал его нахально улыбающийся Фёдор.

— Очень смешно, господа мушкетёры, — раздраженно фыркнула я — меня просто взбесило их внезапное единодушие.

— Ну, всё, пошутили, и хватит, — Фёдор снова схватил меня за руку, — нам пора.

Надеюсь, мы поняли друг друга, — бросил он оборотню, и зашагал к выходу из парка, волоча меня за собой. Я потащилась за ним и напоследок взглянула на Яна — он настороженно наблюдал за нами. Когда мы отошли на приличное расстояние, Федька, не сбавляя скорости, оглянулся на меня:

— Что ты здесь делаешь? — его выразительному шипению позавидовала бы даже Гадюка.

— Искала вас, чтобы поучаствовать в разговоре.

Он резко остановился, развернулся ко мне, а я, по инерции продолжая семенить, врезалась в него.

— Поучаствовала? Теперь довольна? Посмотри на себя, на кого ты похожа — вся в грязи! Чучело огородное!

— Сам ты чучело! — разозлилась я.

Выхватив из его рук свою сумочку, я затопала к своей машине. Вот поросёнок! Сам своими руками, можно сказать, толкнул меня в лужу, ещё и обзывает! Ну, подожди, устрою я тебе Варфоломеевскую ночь!

— Что-то я не понял, чего это ты с этим оборотнем обнималась? — догнал меня он.

— Не твоё дело!

— Как это — не моё?

— Обыкновенно! Федя, отстань от меня! И можешь даже ко мне не приближаться, пока не расскажешь, на какие философские темы вы там с ним беседовали, Д'Артаньян доморощенный.

Прыгай на своего Росинанта и скачи отсюда!

— Росинант — у дона Кихота, — глубокомысленно заметил Фёдор и потрепал меня по волосам, — дремучая ты девица, Майя Русакова, — и быстро убрал свою верхнюю конечность, оценив мой исполненный вселенским злом взгляд.