Ключ от всех дверей

— Вкусно, — призналась нежданно-негаданно нагрянувшая в нашу дыру знаменитость, когда я угомонилась с приготовлением чая и всего прочего и тоже уселась за стол напротив гостя. — Сама варила?

— Нет, что ты, я не умею. Это всё Федькина бабушка, — махнула рукой я. — Но мы с Фёдором собирали. Знаешь, сколько у них на даче малины с том году было, ужас!..

Мне о многом хотелось его расспросить: когда выйдет новый альбом, планирует ли он турне по России, как в прошлый раз, хотелось получить автограф, в конце концов! Но наше чаепитие неожиданно прервал звонок в дверь.

Фокус глазка предъявил грузную фигуру Олимпиады Андреевны. Она с интервалом в десять секунд давила кнопку звонка, а другой рукой нежно прижимала к груди трехлитровую банку с вишневым компотом. Была ли эта банка просто предлогом или адресовалась подарком посетившей меня звезде мирового масштаба, выяснять абсолютно не улыбалось.

— Это Олимпиада, принесла нелёгкая, — с досадой констатировала я.

— Неприятный визитёр? Хочешь, сбежим?

— Куда? В окно? Высоко прыгать.

— Нет, у меня есть предложение получше.

Джаред встал из-за стола, неторопливо прошёлся по квартире и задумчиво остановился ровно напротив самой невзрачной двери в квартире.

— Что убежим в кладовку? Там, кстати, не заперто, — весело, но несколько нервно, предложила я, оценив его выбор.

Олимпиада за дверью и не думала сдаваться.

— Хочешь в кладовку? Желание дамы — закон, — он отвесил мне шуточный лёгкий поклон, но с абсолютно серьёзным выражением лица, и шагнул в сторону хлипкой двери.

Повернул ручку, а когда дверь распахнулась, с меня слетело всё скептическое веселье, потому что вдруг послышалось щебетание птиц, шелест листьев, и тёплый летний ветерок донес до меня запахи хвои, разнотравья и нагретой солнцем земли. И откуда это всё в нашей кладовке?

Я потрясённо шагнула за Джаредом, который вовсе не удивился такой метаморфозе, а уже стоял на лесной тропинке и протягивал мне руку, приглашая следовать его примеру. Я недоверчиво огляделась — это был натурально лес! Чирикали птички, в кустах похрюкивал кабанчик.

Свой шок скрывать было бессмысленно, да я и не скрывала.

— Это что, лес?.. — ничего вразумительного так и не пришло мне в голову.

— Да, — просто ответил Джаред.

— А Олимпиада... она хм... — махнула я рукой в сторону двери, но он меня понял.

— Нет, кроме нас никто не сможет таким способом попасть в это место. Мы с тобой особенные, — лукаво улыбнулся мне он.

— Понятно, — хмыкнула я, однако понятного было мало.