Интерфейс

Даже язык слушался с трудом, и попытки что-то сказать ей заканчивались лишь нечленораздельным мычанием. Это уже потом я узнал, что такое явление вполне может случиться даже у здорового человека, если его разбудить в определённый момент быстрой фазы сна. А если уснуть пьяным, то вероятность такого паралича увеличивается в разы, как и его продолжительность.

— Витька, ты должен встать! — не унималась Зимба. — Иначе транслятор перегреется и — хана!

Я попытался спросить, что случится в этом случае, но мой речевой аппарат всё ещё не пришёл в себя.

Я надеялся, что она мысленно услышит мой вопрос, но видимо, она была сильно взволнована, и не обращала на него внимания. Зато она услышала в моей голове другое.

— Сама я не могу, ведь я сначала должна уйти туда, и только после прохода его можно выключить. Не до.

Она ещё несколько минут пыталась привести меня в чувство. Потом вдруг резко огляделась по сторонам, будто увидела кого-то постороннего. На её лице молнией вспыхнул испуг, но тотчас же погас. На смену испугу пришло облегчение: она медленно закрыла глаза, глубоко вздохнула, а затем, уже никуда не спеша, легла рядом со мной, положив голову мне на грудь.

— Я знаю, что ты хотел мне сказать, Витька, — шептала она, и этот шёпот был громче взрыва атомной бомбы. — Я тоже тебя люблю. Хоть это и кажется невозможным для существа вроде меня, но у меня получилось полюбить человека. А раз я начала тебя любить, то буду делать это и впредь. Вечность — точно, а дальше — как пойдёт.

Она подняла голову и поцеловала меня так осторожно, будто боялась, что я пойду трещинами и рассыплюсь на миллионы осколков.

И если честно, где-то в глубине души именно так я и хотел поступить — только бы не лежать беспомощным куском мяса, который не в силах помочь своему самому близкому облачку квантов. Моя любимая снова положила голову мне на грудь и просто слушала, как бьётся моё сердце. А я оставил попытки достучаться до своего тела и просто ждал прихода неизвестности. Моя щека ощутила, как по ней стекает прохладная капля. ..

Вдруг я почувствовал, как во мне возникло что-то новое. Или хорошо забытое старое... Я попытался понять, что бы это могло быть, и умственное усилие ознаменовалось триумфом: это была моя рука! Она пока почти не слушалась меня и была ватной. Но всё-таки, я её чувствовал! Я тут же попытался дотянуться до компьютера, но Зимба меня остановила:

— Шшшш, не надо. Уже слишком поздно. Давай просто полежим вместе эти последние мгновения.