Интерфейс

А они сам знаешь, какие на вкус. Ну а в случае с красивой сказкой про непреодолимый злой рок в лице законов физики, человек войдёт в положение и с нетерпением будет ждать следующей нашей встречи, копя в себе угощения для меня.

Петлявшая меж домиков и садов дорожка наконец-то вывела нас к реке, близость которой я ощущал еще возле небоскрёба. Поросший невысокой травой берег плавно спускался к лизавшей его своими волнами чёрной воде, которая неторопливо текла на юг. Почему я был уверен, что юг именно в той стороне, так и осталось для меня загадкой: компаса у меня не было, солнца на небе — тоже, а по звёздам я и так никогда не умел ориентироваться, а уж по чужим — и подавно.

Но раз уж я решил, что там должен быть юг, то почему бы и нет? В конце концов, это всё же мой сон, а не чей-то ещё, поэтому здесь я сам решаю, где какая сторона света!

Видимо, мои твёрдые, как полугодовалая ириска, мысли столь явственно пропечатывались на моём лице, что Зимба, глядя на меня, довольно заулыбалась. Снова никак не сговариваясь, мы пошли вниз к реке.

Мягкие травинки нежно щекотали мои ноги: я только сейчас обнаружил, что на мне надеты шорты и сандалии. Подойдя к самой реке, мы разулись и сели на край берега, опустив ноги в воду. Она была на удивление тёплой, несмотря на ночь и довольно хорошо ощутимое течение.

— И вот мы приблизились к самой интересной части истории, — тоном сказочницы из передачи «Спокойной ночи, малыши» сказала Зимба.

— В которой ты встретила меня? — попробовал угадать я.

Вместо ответа она нежно потёрлась щекой о моё плечо и, снова расплывшись в улыбке, адресовала мне свой самый хитрый ярко-зелёный взгляд.

— Наверно, ты уже догадался, что та железячка, что ты с таким азартом выторговал у своего приятеля в комиссионке, нужна была лишь для моей материализации в человека. Подключаться к электронным устройствам и писать в чатах я могу и без неё.

— Погоди, а допустим, написать какой-то текст на экране, скажем, калькулятора тоже сможешь? — поинтересовался я, вспомнив один из сюжетов сериала «Секретные материалы», который я запоем пересмотрел на пиратских видеокассетах ещё в школе.

— Ну теоретически могу, хотя ни разу не пробовала. Какой в этом смысл?

— Напуга... Ах да... — махнул я рукой в сторону речной глади.

— Да-да-да! — подмигнула Зимба. — Зато на всех экранах города написать что-нибудь про любовь — это я с удовольствием! Ну или на небе узоры из молний. Это, кстати, была письменность наших новых разумных соседей по планете.