Мне нельзя тебя любить, оборотень

Который завсегда заберется в нос и…    - Апчхи! – от души прочихалась, успев, слава Богине, прикрыть нос платком, как порядочная леди.

   - Будьте здоровы, - раздалось рядом.

   - Спасибо, - кивнула рассеянно, выглядывая первый ингредиент из списка матери.

   - И всегда также прекрасны, - промурлыкали над самым ухом.

   Ах, ты ж охальник! Развернулась, чтобы строго поставить наглеца на место, но… 

   - Себастьян! – восхищенным выдохом сорвалось с языка.

– Как ты здесь?.. Тебя же закупать продукты отправили? 

   - А уже все, телега полна. – Он так улыбнулся, что сердце растаяло. – Секрет прост – надо быть любимчиком дочки бакалейщика!

   - Ах, ты!.. – во мне взыграла ревность. – Не смей никому глазки строить, понял?! Ты теперь только мой! 

   - Только твой, - хрипло прошептал он и, прижав меня к себе, подарил такой поцелуй, что…

   Мозг отключился.

   - Уважаемые молодожены, вы брать-то что-то будете? – осведомился хозяин, покашляв для приличия.

   - Да, конечно, - покраснев, протянула ему список. – Но все выберу сама!

   - Конечно, конечно, - тот засуетился, осознав, наверное, сколько монет я у него оставлю. – Проходите сюда, леди, начнем с этих трав. – Он кинул недовольный взгляд на парня, который последовал за нами. – А вы, молодожен, идите, прикупите подарочек женушке, не теряйте времечко!

   - И то верно! – мой оборотень нагло поцеловал меня вновь и ушел.

   - Все, леди, забываем про мужа-красавчика, и начинаем думать не сердечком, а головушкой. - Лавочник покосился на мои руки. – А колечко-то обручальное обронили, что ли, где?

   Ой. Я покраснела пуще прежнего и тут же соорудила нелепую ложь:

   - Не ношу его в поездки, велико, с пальца постоянно теряется.

   - Да не тушуйтесь, я вам верю, не думайте, - мужчина расплылся в улыбке.

– С младых ногтей в торговле, еще папаша меня мальцом сюда привел, научил в людях разбираться. Сразу же видно по вам – поженились недавно, любите друг друга нежно и, простите, страстно. Так ведь?

   - Так. – Хоть и стыдно обманывать этого хорошего человека, в корне он прав. 

   После того буйства стихии, которое толкнуло нас с Себастьяном в объятия любви, мы принадлежим друг другу. 

   Навсегда.