Наследница долины Туманов

Прямо вот на этом месте.

Моя злость окончательно растворилась, снова давая возможность страху выйти на первый план.

Огонёк в глазах северянина погас.

— Я сказал повторить, — столько гнева звенело в его голосе.

Сжав подлокотники, он подался ко мне. Его лицо действительно расплылось и покрылось тончайшим туманом, который сглаживал черты и обращал его в нелюдя.

На меня смотрело странное существо, которое вроде и было человеком, но только… У меня слов не находилось описать то, что я видела. Мысли спотыкались одна о другую.

Этот мужчина был соткан из тумана.

Снова поймав мой испуганный взгляд, грозный северянин подался вперёд и рявкнул так, что в ушах зазвенело.

— Раз открыла рот, так отвечай за свои слова, княжна!

За моей спиной началась паника.

Женщины испугались и заверещали, теряя самообладание. Гер подскочил, вернее, взвился тяжёлой дымкой, снова приобретая человеческие очертания. Он, казалось, разума лишился.

Лютый зверь — не человек.

Я попыталась быстро убраться со своим креслом у него с дороги, вышел этот мой манёвр крайне неудачно.

Мужчина обошёл препятствие, но, подавшись панике, я слишком сильно дёрнула колесо. И задела северянина спинкой кресла. Он его поймал и крутанул, отодвигая в сторону. Я была перепугана и слишком поздно сообразила, что он просто помогает. И вместо того, чтобы остановиться, вцепилась в обод колеса и попробовала отъехать чуть дальше, полагая, что это как-то защитит меня от гнева оскорблённого импульсивного мужчины. При этом я совсем не смотрела, куда еду: колесо зацепилось за ножку столика, кресло качнулось и, к моему ужасу, завалилось набок вместе со мной.

Во всеобщей панике никто не заметил падения.

Я же, оказавшись внезапно на полу, глупо застонала, ощутив, как резкой оглушающей болью отозвалась моя рана на спине. Решив попробовать отползти, я потянула лежавшее на боку кресло в попытке его поставить, но оно оказалось слишком тяжело для меня. Вместо того, чтобы его поднять, я завалила его на себя, да так, что подлокотник врезался в поясницу, принеся мне дополнительную боль.

Растянувшись на животе, я замерла, придавленная своим же инвалидным креслом. Нужно было подниматься, но болезненный огонь в спине был настолько силён, что дышать стало сложно.

— Да закройте вы рты! — рявкнул северянин. — Хотел бы, всех тут перевешал. Риган, тащи повариху с её соплячкой на кухню, я уже неделю толком не ел. Мясо мне и побольше.