На службе Эрриану

Андрий соскользнул с лошади. Его рука скользнула к рукояти пистоли, закрепленной у самого седла – и едва подошвы андриевых сапог коснулись земли, прогремел оглушительный выстрел. Один из разбойников завопил – кажется, пуля угодила ему в ногу.

Что собирался делать Лестар, Генрих посмотреть не успел. Он направил свою кобылу на ближайшего разбойника и сшиб его на землю.

Выпрыгнув из седла, Генрих приземлился рядом с лежащим человеком – и вдруг понял, что несмотря на бороду, это такой же малек, может, чуть старше его самого.

Он рванул из ножен саблю – и услышал окрик Андрия:

– Никого не убивать!

Тот уже успел разоружить противника с мечом и теперь присматривал за тем, кого подстрелил.

Лестар отшвырнул в сторону вырванную из рук разбойника косу. Последний позорно убегал, обронив свой топор.

– Все в порядке? – спросил Генрих.

– А то, – Андрий дернул щекой. – Ты взгляни на них...

Когда Генрих убрал с груди юного разбойника ногу, то понял, что имел в виду приятель.

Разбойники спасовали, едва почувствовав сопротивление жертв. Неужели они никогда до того не сталкивались с теми, кто был готов защищаться?

– Д-добрые землепашцы, – проворчал Лестар, подходя. – Ну что, будем искать сбежавших?

– Нет, конечно. На кой они тебе? – Андрий снял с пояса кошель с деньгами и бросил на землю. – Эй! Бросьте нападать на путников и возвращайтесь к своим семьям.

– А если кому нужно добавки – это мы устроим! – добавил Лестар.

Генрих не нашел прочувствованных слов и просто взобрался в седло.

Андрий двинул первым, буркнув «посматривай назад», но вряд ли разбойники помышляли о мести.

– Это же не землепашцы, – сказал вдруг Генрих, оглядываясь.

Разбойники, успев подобрать деньги, уходили вглубь леса, поддерживая раненого товарища.

– Тоже заметил? – спросил Андрий. – Совсем бедолаг допекли.

– Получается, мы ради них...

И Генрих надолго задумался.

Постоялый двор «Кабаний лог» располагался на тракте между столицей и городком Ларге на берегу реки Альб.

Вокруг постоялого двора образовалась небольшая деревушка домов в десять. Промахнуться мимо нее было что чихнуть сквозь пальцы. Но день уже клонился к вечеру, и освещенные окна служили в сумерках неплохим ориентиром.

Троица школяров въехала в гостеприимно распахнутые ворота. К ним тут же подскочили двое подростков, подхватив усталых кобылок под уздцы.