Под крылом Совы

Вот только Хар не мог быть тем самым, не мог просто по той причине, что иначе бы я уже услышала голос его Духа. Да и он бы смотрел не на покрасневшие руки, а на меня.

– Экипаж прибыл, госпожа, – вместе со звонким перестуком копыт, эхом отдающимся в полутёмном тоннеле, к нам подошла Фанениса. Она успела отдать новые распоряжения и вновь находилась в непосредственной близости от меня. – Этот тоже может поехать с нами.

– Иду, – тревожность не избавила меня от желания улыбнуться. Тени Хар всё так же не нравился, но игнорировать его полностью она не имела права.

«И всё же, если мой любимый меня услышал, он придёт ко мне!» – мысль грела меня, когда я забиралась уже в открытую карету с массивными колёсами. Кучер в облегчённой солдатской форме придерживал тяжеловоза. Лошадь, будучи даже единственным тягачом, притягивала взор пышностью гривы и ровным цветом угольной шелковистой шерсти. Контрастность наряду со льдом под копытами животного царапала у затылка.

– Поторопись к княжеской усадьбе, – Фанениса хлопнула кучера по плечу и, обогнув повозку, зацепилась позади.

Место, видимо, было устроено специально для подобной охраны – Тень казалась с моего места гораздо выше меня и могла без труда оглядываться по сторонам. Моё же волнение стало расти с неприятной быстротой. До этого мы говорили только о промежуточных пунктах нашего путешествия, а тогда был приказ направиться прямиком в чертоги Ярчайшего Князя и кронкнязя! Но Тень уточнила – «усадьба». Усадьба? Мы же в тоннеле! Снаружи буря назревает, а мы едем в усадьбу?

Извозчик не медлил ни на миг.

– Вещи привезут чуть позже, госпожа. Мы укладываемся даже раньше назначенного срока, так что у Вас будет больше времени подготовиться к встрече, – сообщила мне Тень, держась удивительно ровно для её не слишком удобного положения.

«Как же мне готовиться, если моих вещей не будет?» – я готова была возмутиться высказанной неувязкой. Я не слишком-то и желала своей встречи с Ярчайшими, вот только изливать им своё неуважением затянувшимся ожиданием было выше княжеской гордости. Позорить себя, родителей и брата-Светлейшего? Ну, уж это точно перебор!..

– Где же ты? – неожиданная фраза, произнесённая над ухом, толстыми иглами вонзилась вдоль спины.